Apropos Литературные забавы История в деталях Путешествуем Гостевая книга Форум Другое

Литературный клуб:


Мир литературы
  − Классика, современность.
  − Статьи, рецензии...

  − О жизни и творчестве Джейн Остин
  − О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл
  − Уголок любовного романа.
  −  Литературный герой.   − Афоризмы. Творческие забавы
  − Романы. Повести.
  − Сборники.
  − Рассказы. Эссe.
Библиотека
  − Джейн Остин,
  − Элизабет Гaскелл.
Фандом
  − Фанфики  по романам Джейн Остин.
  − Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
  − Фанарт.

Архив форума
Наши ссылки



Впервые на русском
языке и только на Apropos:



Полное собрание «Ювенилии»

(ранние произведения Джейн Остин)

«"Ювенилии" Джейн Остен, как они известны нам, состоят из трех отдельных тетрадей (книжках для записей, вроде дневниковых). Названия на соответствующих тетрадях написаны почерком самой Джейн...»

Элизабет Гаскелл
Элизабет Гаскелл
«Север и Юг»

«Как и подозревала Маргарет, Эдит уснула. Она лежала, свернувшись на диване, в гостиной дома на Харли-стрит и выглядела прелестно в своем белом муслиновом платье с голубыми лентами...»


Этот перевод романа Элизабет Гаскелл «Север и Юг» - теперь в книжном варианте!
Покупайте на

Озон



Элизабет Гаскелл
Жены и дочери

«Осборн в одиночестве пил кофе в гостиной и думал о состоянии своих дел. В своем роде он тоже был очень несчастлив. Осборн не совсем понимал, насколько сильно его отец стеснен в наличных средствах, сквайр никогда не говорил с ним на эту тему без того, чтобы не рассердиться...»


Дейзи Эшфорд
Малодые гости,
или План мистера Солтины

«Мистер Солтина был пожилой мущина 42 лет и аххотно приглашал людей в гости. У него гостила малодая барышня 17 лет Этель Монтикю. У мистера Солтины были темные короткие волосы к усам и бакинбардам очень черным и вьющимся...»


На нашем форуме:

 Коллективное оригинальное творчество
 Живопись, люди, музы, художники
 Ужасающие и удручающие экранизации


История в деталях:

Правила этикета: «Данная книга была написана в 1832 году Элизой Лесли и представляет собой учебник-руководство для молодых девушек...»
Брак в Англии начала XVIII века «...замужнюю женщину ставили в один ряд с несовершеннолетними, душевнобольными и лицами, объявлявшимися вне закона... »
Нормандские завоеватели в Англии «Хронологически XII век начинается спустя тридцать четыре года после высадки Вильгельма Завоевателя в Англии и битвы при Гастингсе... »
Старый дворянский быт в России «У вельмож появляются кареты, по цене стоящие наравне с населенными имениями; на дверцах иной раззолоченной кареты пишут пастушечьи сцены такие великие художники, как Ватто или Буше... »


Мы путешествуем:

Я опять хочу Париж! «Я любила тебя всегда, всю жизнь, с самого детства, зачитываясь Дюма и Жюлем Верном. Эта любовь со мной и сейчас, когда я сижу...»
История Белозерского края «Деревянные дома, резные наличники, купола церквей, земляной вал — украшение центра, синева озера, захватывающая дух, тихие тенистые улочки, березы, палисадники, полные цветов, немноголюдье, окающий распевный говор белозеров...»
Венгерские впечатления «оформила я все документы и через две недели уже ехала к границе совершать свое первое заграничное путешествие – в Венгрию...»
Болгария за окном «Один день вполне достаточен проехать на машине с одного конца страны до другого, и даже вернуться, если у вас машина быстрая и, если повезет с дорогами...»



Подписаться на рассылку
"Литературные забавы"





Творческие забавы

Ольга Болгова

По-восточному

     Начало  Пред. гл.

Часть I

Глава 5

Брюнетка

Я на удивление хорошо спала и проснулась, когда "солнце позолотило верхушки деревьев" - и не только позолотило, но и рвалось в не зашторенное окно сквозь листву могучего бука или вяза - полный ботанический кретинизм. Впрочем, ботанические проблемы меня совсем не волновали, и несколько секунд я просто пыталась сообразить, где нахожусь и как здесь оказалась, а когда поняла и вспомнила все, что случилось вчера, очень захотела вернуться в ночь, дарующую временное отдохновение от всех невзгод и неприятностей.

«Утро доброе!» - потягиваясь, сказала авторша, уже устроившаяся за столом, доедая оставшиеся после вчерашнего ужина баурсаки.

«Думаешь, доброе?» - засомневалась я, выбираясь из кровати и с тоской рассматривая свою непрезентабельную одежду. Колян мирно спал, обняв подушку и свесив вниз голую ступню размера, по меньшей мере, 45-го.

Осуществив все доступные утренние процедуры (избавляю читателя от их описания, полагая, что вчерашней душевой ему более чем достаточно), я сжевала последний баурсак, запив его теплым лимонадом, и уселась за стол рассматривать мобильники-близнецы и размышлять о жизни. Мой родной телефон еще не разрядился и весело ответил знакомой заставкой - озерным пейзажем, правда, из сети я безнадежно выпала, поэтому, как средство связи, телефон стал совершенно бесполезен.

«А я тебе сколько твердила, - купи билайновскую карточку!» - проворчала авторша.

«Не устраивай скрытую рекламу! Да и сама знаешь, некогда было…» - попыталась оправдаться я.

«Вот теперь совсем без связи…» - укорила меня авторша.

«И кому бы я стала звонить?» - резонно поинтересовалась я, загнав авторшу в угол в переносном и прямом смысле.

Второй телефон был разобран Коляном на составные части, разложенные тут же на столе. Собственно, частей оказалось только две: сам телефон с торчащим зажимом для симкарты и металлическая крышка. Повертев их в руках, что не дало мне никакой дополнительной информации, я оставила их на столе, а свой телефон убрала в кармашек сумки.

«Разгадка проста, - сказала авторша. - Кто-то подсунул тебе в сумку телефон»

«Гениально! Уж не думаешь ли ты, что я сама себе его туда подложила? Надеюсь, ты не считаешь, что я могу взять что-либо чужое?»

«Нет, конечно, - миролюбиво ответила авторша, поглядывая на спящего Коляна. - Везет же тебе, Женька, на парней: один другого лучше!»

«Надо же, ты вспомнила мое имя! Перестань, надо думать, что делать, а ты все о мужиках… Это уже просто… неприлично!» - на языке вертелось другое слово, которое точнее характеризовало поведение и помыслы авторши, но, к сожалению, воспитание вновь не позволило мне высказать его вслух.

«Еще скажи, и уважение к читательским чувствам! - съязвила авторша и продолжила, как ни в чем не бывало: - Так мы с тобой ни к чему и не придем. Телефон могли подсунуть двое: Данила или… умерший сосед в самолете…»

«Но зачем Даниле пихать мне в сумку телефон? Спасать меня от грабителя, набиваться в провожатые, потом исчезать в горах, да еще подбрасывать эту пустую мобилу? Совершенно ничего не понимаю…»

«Я тоже», - задумчиво согласилась авторша.

«А сосед… Предположим, это сделал он. Но зачем?»

«Чтобы ты пронесла его через досмотр в аэропорту».

«И что? Я пронесла… пустой телефон, в котором ничего нет…»

«Может быть, там какая-то микросхема, от которой зависит судьба человечества?» - предположила авторша. - По какой-то причине тебя пытались ограбить, забрать твою сумку. Ради этого телефона?»

«Прости, дорогая, но в Брюсы Уиллисы я точно не гожусь и спасать человечество не собираюсь».

«Ты законченная эгоистка и… или ты могла подобрать его на газоне в парке!» - завопила авторша, как дитя радуясь внезапно возникшей мысли.

«Ты права! Возможно, он выпал из кармана того грабителя! Но… - увяла я, - зачем ему носить с собой пустой телефон?»

«Бред…» - пробормотала авторша.

«Бред, - согласилась я. - Ладно, поеду в гостиницу, переоденусь, а вечером уеду в Балхаш, поставив точку во всей этой истории».

«И то верно! Здравая утренняя мысль!» - поддержала авторша.

Я посмотрела на нее с подозрением. Что-то она сегодня слишком сговорчива. Не к добру это, ох, не к добру.

Колян спал с упоением совы, то есть филина. Я достала путеводитель и с помощью авторши - доки в картографии - нашла место, где находилась, и определилась с маршрутом. Оказалось, что общага расположена совсем недалеко от гостиницы. Принятое решение и реальный план действий резко подняли настроение. Я нашла в косметичке иголку и нитку, зашила разорванную блузку, сделала макияж, замаскировала царапины и ссадины тональным кремом, отрезала все лишние ремешки на босоножках и, найдя среди завалов чистый лист бумаги, написала записку:

 

«Коля, спасибо за все! Я уехала. Женя»

 

«Бессердечная ты все-таки особа, Лапина, - осуждающе прошипела авторша. - Хоть бы разбудила парня и попрощалась. Или записку подушевней написала. Целую там, буду помнить, звони, прости за динамо, твоя Женя… Вот всегда ты так, вспомни, как ты поступила с Юрием Петровичем».

Я разозлилась, но промолчала. История с Юрием Петровичем, действительно, вышла не очень красивая, но к делу не относится и, может быть, я расскажу ее позже.

Я оборвала красноречие авторши, сложила свои вещи в сумку и вышла, осторожно закрыв за собой дверь.

 

Меня спасли топографический кретинизм и кошка или кот, та или тот самый, что гулял по балкону номера в гостинце. Может быть, это был и не он, но такой же черный, растрепанный, по южному худощавый и нахальный.

Вполне удачно заскочив в автобус, я, сверяясь с путеводителем, доехала по проспекта Желтоксан и вышла, но, пройдя квартал, обнаружила, что нахожусь во вроде бы незнакомом месте. Я повернула назад, потом еще раз куда-то свернула и поняла, что запуталась в трех соснах. Буках, тополях, вязах, витринах и домах… Я спросила прохожего, как пройти на улицу Желтоксан, на что он, удивленно взглянув на меня, сообщил, что мы, собственно, на этой улице и стоим. Извинившись и проклиная свою бестолковость, я предприняла еще одну попытку найти гостиницу. Узкая улица, утопающая в зелени, на которую я свернула в своих поисках, показалась знакомой, я радостно рванула вперед и чуть не упала, потому что под ноги ринулся невесть откуда взявшийся черный кот. Я отпрянула, чуть не рухнув на асфальт, а когда вернула состояние равновесия, увидела его… Он стоял на другой стороне улицы, в тени огромного бука или вяза и курил. Я не могла перепутать, это был он, Лже-Данила, темноволосый и зловещий, только теперь на нем не было Данилиного джемпера, а вполне цивильная светлая рубашка. В следующую секунду я сообразила, что гостиница находится справа от меня, просто я вышла к ней с другой стороны. Я скользнула за угол и прижалась к нагретой стене, поймав удивленный взгляд проковылявшей мимо девицы - ковыляла она на жутких платформах, напоминающих копыта, и я даже успела пожалеть эту жертву гламура. Черный кот, задрав хвост, двигался в сторону родных пенат, а я пыталась унять выскакивающее из груди сердце.

«Тебя поджидает? - поинтересовалась авторша, устроившись рядом, у стены за углом. - Если бы ты вышла правильно, со стороны фасада, то попала бы прямо ему в лапы»

«А ты бы и рада была?!» - возмутилась я.

«За кого ты меня принимаешь? - обиженно прошептала она. - А может, он здесь случайно?»

В голосе авторши прозвучала сомнительная надежда.

Дрожащими руками я вытащила из сумки платок, закрутила его на голове, якобы замаскировавшись, и осторожно выглянула.

Лже-Данила был там, за деревом, а в нескольких шагах от того места, где он стоял, была припаркована машина, какая-то иномарка темно-синего цвета.

Что делать? Пройти в гостиницу, сделав вид, что я не заметила его, забрать чемодан и…

«И попасть прямо ему в лапы…»

«Но я могу закричать!»

«И кто придет к тебе на помощь?»

«Позвать полицию!»

«Где она, ау! И что ты им скажешь? Что тебя преследует жуткий брюнет, который напал на тебя на канатке? А они поверят?»

«Черт их знает? Но зачем я-то нужна этому типу? Или типам?»

«Им нужна твоя сумка…»

«Может, отдать и дело с концом?»

Открывшаяся дверь авто почти прикончила мои сомнения. Из машины вылез знакомый мне тип, тот самый громила из парка. Я вжалась в стенку, мечтая слиться с нею, превратившись в каменный барельеф. Таких совпадений не бывает. Как бы мне хотелось стать котом, что перешел на ту сторону улицы и прошествовал мимо моих врагов - тогда бы я могла услышать, о чем они говорят. Но мне нужно забрать свой чемодан из номера. Забрать и смотаться в Балхаш, к родным, они помогут и укроют. Или рвануть в аэропорт, купить билет на ближайший рейс до Москвы и покинуть негостеприимный Казахстан?

«А давай! - пропела авторша, выглянув из-за дерева, - Один день в Алматы - будет называться твое путешествие. А чемодан брось на фиг, жизнь дороже кошелька!»

«Я пойду в полицию и попрошу, чтобы они помогли мне забрать чемодан».

«А дальше? Они же не станут сопровождать тебя до аэропорта… Эти гаврики сразу смоются, если им на самом деле нужна ты».

Я снова осторожно выглянула из-за угла и… встретилась глазами с Лже-Данилой. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, затем он, что-то сказав громиле, зашагал в моем направлении.

Как описать состояние, когда нечто ужасное, угрожающее жизни приближается к вам, страшно и неминуемо? Еще секунду назад вы видели мир вокруг себя, дома, улицы, деревья, людей… мгновение, пропитанное страхом - и все это превращается в фон, декорацию, задний план для опасности, что надвигается на вас, парализуя волю или, напротив, взывая к жизни основной инстинкт - инстинкт самосохранения. Короче, все это зовется в науке и в народе выбросом адреналина.

«Офигеть! И это все выдала ты? Легкомысленная неуравновешенная блондинка с незаконченным образованием? Браво!» - завопила авторша, аплодируя на всю улицу.

Меня словно парализовало, я не могла двинуть ни рукой ни ногой. Я закрыла глаза и приготовилась принять свою роковую участь. Слева вдруг хлопнула дверь. Вздрогнув, я повернула голову и увидела, как с симпатичного крыльца спускается девушка-казашка с пластиковым ведром в руке. Вывеска у стеклянной двери, из которой она вышла, гласила "Шаштараз", что в переводе, судя по красотке с роскошными волосами, улыбающейся с рекламного постера, означало парикмахерская. Девушка направилась к мусорным бакам, что стояли неподалеку, а я, влекомая скорее инстинктом, чем разумом, забыв про паралич, в мгновение ока взлетела по лестнице, проскочила в стеклянную дверь. Пометавшись по узкому коридорчику, толкнула дверь в крошечное помещение, где, видимо, располагался администратор или кассир, и нырнула под стол. Зашуршала дверь, послышался звук поворачиваемого ключа или защелки, мягкие шаги, и все стихло. Но стихло ненадолго. Раздался стук по стеклу. Я сжалась в комок,

«Ни дать ни взять - загнанный заяц», - отметила авторша, устроившись в кресле у меня над головой.

Зашуршали мягкие тапочки девушки-уборщицы, она что-то возмущенно заговорила, смешивая казахские и русские слова. Щелкнул замок, звук этот отдался внутри, словно в живот ударили кулаком. «Всё. Это всё, сейчас он убьет своим жутким ножом и меня, и эту ни в чем не повинную девушку».

Мужчина что-то спрашивал, девушка отвечала высоким голоском, похожим на голос кондукторши шестого автобуса. Я не сразу поняла, о чем они говорят, потому что в голове стучал кузнечный молот, но сквозь этот стук вдруг стали различимы слова:

- Не видела? Светлая такая…

- Никого не видела, парикмахерская закрыта…

Затем она сказала что-то по-казахски, дверь хлопнула, снова щелкнул замок, зашуршали тапочки, послышался плеск воды, шлепок о пол мокрой швабры и песня на казахском языке, которую мирно запела девушка. На какой-то миг я, кажется, потеряла сознание.

Когда я начала различать мир вокруг себя - остов кресла, влажные пятна на вымытом полу - снова раздался звук открываемой двери, и пространство наполнилось веселыми женскими голосами.

«Сейчас тебе обнаружат под столом и сдадут в психушку!» - констатировала авторша, опасно крутанув кресло в миллиметре от моего носа.

«Нельзя поосторожней? - возмутилась я. - Хотя, ты права, именно в психушке мне и место!»

Рассуждать было некогда, но мне опять повезло. Девушки прошли в зал, а я, на карачках, словно младенец, еще не научившийся ходить, вылезла из своего убежища и плюхнулась на стул, прежде чем в коридоре появилась дама средних лет в ярком цветастом платье.

- Здравствуйте! Что вы хотели, девушка? - поинтересовалась она, окинув меня критическим взглядом. Обижаться на сей взгляд не приходилось, поскольку я вполне могла сойти за начинающую бомжиху.

- Я? Что хотела? Ах, да, здравствуйте… я хотела… сделать стрижку, - сказала я. А почему бы и нет? Сделать стрижку, покрасить волосы, изменить внешность!

«Великолепная идея! - взревела авторша, влетая в зал. - Просто великолепная! Какой выберем цвет? Платиновая блондинка? Нет, это отпадает, сомнительная маскировка… светло-русый, орех, каштан, горная вишня, нужно что-то кардинальное, чтобы тебя не могли узнать!» Авторша щебетала, как заведенная, словно только что прочитала буклет Гарньер.

- Стрижку и окраску… я хочу покрасить волосы, - решительно объявила я.

В конце концов, если мне и суждено погибнуть во цвете лет, так хоть окрашусь и подстригусь.

- Акмарал! - крикнула дама в сторону зала. - Возьмешь девушку? Пришла Акмарал, высокая красавица-казашка, окинула меня дружелюбным взглядом, улыбнулась.

- Проходите… голову мыть будете?

Я осторожно вошла в небольшой зал - жалюзи на окнах были спущены, это немного успокоило.

Через пять минут я погрузилась в нирвану. А кто поспорит, что сие священнодействие в цирюльне не дарит успокоения, отдохновения и не является сеансом психотерапии?

Перелистав альбом с перечнем красок, я выбрала золотой каштан - темный, не очень приметный, но и не совсем скучный, судя по образцу.

Авторша, правда, пыталась склонить меня сначала на баклажан, а потом - на горную ночь, но я отвергла оба варианта по причине их излишней экстремальности.

Часа через два из зеркала на меня взглянула незнакомая коротко стриженая темноволосая девица. Акмарал, как художник на холст, нанесла последние штрихи и отошла на шаг в сторону, явно довольная результатом.

- А вам хорошо такой цвет, посмотрите… вам нравится?

- Немного необычно, - призналась я, - но нравится. Спасибо вам, Акмарал.

Я выбралась из кресла и еще раз осмотрела себя в зеркале. Если бы у меня был чемодан, что недоступно лежит в двух шагах отсюда, я бы надела… зеленое платье, оно бы идеально подошло к этому цвету волос и стрижке. Я замерла, вздрогнув. Напрасно я любуюсь своей стрижкой и сожалею о чемодане. Не пройти и квартала, как на меня нападут, отберут сумку и…

- Что с вами? Вам нехорошо? - участливо спросила Акмарал.

Видимо, я переменилась в лице.

- Нет, все нормально… - ответила я, стараясь взять себя в руки.

«Если б я могла, я бы принесла тебе чемодан», - пробурчала авторша. Усевшись в парикмахерское кресло, она вооружилась ножницами с явным намерением укоротить свою челку.

«Зачем болтать впустую», - огрызнулась я.

Авторша, сердито кляцкнув ножницами, отхватила полчелки.

Я же, злорадно хихикнув, заплатила за стрижку администраторше, которая уже воцарилась в своем закутке, послужившем мне убежищем.

Я попрощалась, но остановилась, не в силах сделать несколько шагов до дверей, что вели в открытый опасный мир. Маленькая шаштараз казалась мне островком безопасности, последним оплотом…

Мой блуждающий в смятении взгляд упал на халатик, висящий на вешалке в зале, простой рабочий халатик из синтетики с ярким цветочным узором, он вполне мог сойти за платье… А что если? Но что обо мне подумают парикмахерши и как отнесутся к подобной просьбе? Надо что-то придумать, что-то убедительное и адекватное…

«Скажи, что хочешь удивить своего парня необычным прикидом», - посоветовала авторша, все еще пытающаяся выровнять свою челку.

«Отрежь ее совсем… хотя, это мысль! - согласилась я. В благодарность отобрала у авторши ножницы и подстригла вторую половину ее челки.

Еще через пять минут, стоя в кругу обалдевших парикмахерш, я расписывала, как прикольно буду выглядеть в этом халатике, как будет поражен мой парень, ценитель женской красоты и экстремального прикида… в общем, девчонки поверили. Или решили пожертвовать старым халатом, чтобы не связываться с девицей, больной на голову. Или посчитали все это забавным? Не знаю, да это было и неважно. Я выгребла остатки тенге, но они дружно отказались от оплаты и отдали халатик безвозмездно. Мне даже позволили воспользоваться туалетной комнатой для переодевания. Халатик оказался чуть узковат, у него не хватало последней пуговицы. Я подпоясалась своим платком и засунула свою сумку в полиэтиленовый пакет. Когда я появилась в зале, девушки выразили бурный восторг и пожелали сразить возлюбленного наповал. Отблагодарив отзывчивых парикмахерш, я, брюнетка с короткой стрижкой в нелепом цветастом халатике и с пакетом в руке, шагнула в жар позднего алматинского утра. Навстречу судьбе. Или это уже была не я?

"Ты не брюнетка, а шатенка", - не к месту уточнила авторша, поправляя свою изуродованную челку.

«Это вопрос восприятия», - отрезала я.

Снаружи было пусто и невыносимо солнечно. Я спустилась с крыльца и осторожно выглянула из-за угла. Улица напротив гостиницы была спокойно-пустынна, словно Лже-Данила, громила и их тачка просто привиделись мне. Лишь старик в антикварного вида шляпе из соломки, переходящий дорогу, оживлял движением пейзаж. Будь что будет, не век же мне сидеть за этим углом. В конце концов, они не станут убивать и грабить меня среди бела дня. Я набрала в грудь воздуха, как будто это могло помочь, приняла решительный вид, насколько позволял дурацкий халатик в дурацкий цветочек и зашагала вперед. Вполне удачно достигнув входа в гостиницу, я толкнула тяжеловатую стеклянную дверь. В вестибюле было тихо и прохладно, где-то шумел кондиционер, стойка администратора пустовала, в углу на диване расположилась какая-то девица с журналом Vogue. Мысль, что она заседает тут не просто так, заставила меня вздрогнуть, но отступать было некуда. Девица окинула меня ленивым взглядом и снова погрузилась в чтение.

«У тебя мания преследования», - посетовала авторша, рассматривая обложку журнала на которой царила красотка с весьма убедительным бюстом, рвущимся на свободу из тесного корсажа.

«Тебя это удивляет?» - рявкнула я, имея в виду манию, а не красотку.

Беспрепятственно поднялась на второй этаж, показала дремлющей за стойкой дежурной гостевую карточку, получила ключ и направилась в свой номер. Здесь все было так, как я оставила, уходя вчера на мирную экскурсию по городу. Неужели только вчера? Мне показалось, что прошло, по меньшей мере, лет сто. Я достала из встроенного шкафа свой оранжевый чемодан и замерла. Снова гулко застучало сердце, отдаваясь толчками в висках. Язычок молнии находился справа, но я точно помнила, что, закрывая чемодан, оставила его слева. Или все-таки справа? Я расстегнула чемодан, осторожно, словно внутри его была спрятана бомба. Откинула крышку и плюхнулась на кровать. Не оставалось никаких сомнений, что чемодан открывали в мое отсутствие, потому что сверху лежал пакет с туфлями, который должен был находиться внизу в правом углу. Я начала лихорадочно перебирать вещи, все они были на месте, только уложены в совершенно ином порядке. Кто-то явно порылся в моем чемодане.

«Точно ничего не попало?» - обеспокоено поинтересовалась авторша.

«Вроде, нет, да… точно нет, все на месте, вот туфли, платье, джинсы… подарки родственникам…»

Авторша пожала плечами, кажется, совсем растеряв свое красноречие и задор.

Что они ищут? И кто они? Вопрос повис в воздухе, а я поступила, поддавшись естественному порыву: захлопнув чемодан, бросилась в коридор к стойке дежурной.

- Кто-нибудь заходил в мой номер, пока меня не было?

- Разумеется, нет. Горничная убирала комнаты… А что случилось? - дежурная вспряла ото сна, но не столь активно, как бы мне того хотелось.

- У меня… мне показалось, что кто-то открывал мой чемодан…

- Этого не может быть! - дежурная все-таки проснулась. - У вас что-то пропало?

- Нет, ничего не пропало, просто мне кажется, что кто-то рылся в моем чемодане, - пробормотала я, уже сожалея, что завела этот разговор.

«Устрой скандал, пусть вызовут полицию и разбираются! - пихнула меня в бок авторша.

- Вы же не ночевали в номере… - ехидно сказала дежурная.

- Какое это имеет отношение к делу? - возмутилась я.

- Возможно, никакого, но у нас никогда ничего в номерах не пропадало! Тем более, что у вас, как вы утверждаете, ничего и не пропало… Может быть, вы сами переложили вещи и позабыли…

Она явно хотела замять дело, да и мой имидж, видимо, не слишком вызывал доверие к моим словам.

- Сейчас спрошу горничную, но совершенно исключено, чтобы наши горничные рылись в ваших вещах!

Дежурная выбралась из-за стойки и рысью понеслась куда-то вглубь коридора.

«Вот тебе и скандал, - сердито бросила я авторше. - Уж лучше бы я не привлекала внимание к своей особе».

Пришедшая с дежурной горничная, маленькая худенькая девушка, испуганно и расстроено уставилась на меня. Жалоба явно грозила ей материальными убытками, если не хуже, и я еще больше засомневалась в разумности своих действий.

- Я клянусь, ничего не трогала… - сказала она, - да и зачем мне? Тамара Тихоновна, да как можно подумать…

- Вот… - Тамара Тихоновна гордо выпрямилась и с укором посмотрела на меня. - Вы можете написать заявление на имя нашего начальства, но в полицию оно не пойдет, раз у вас ничего не пропало, то полиция и заниматься этим не будет… Идемте, посмотрим, что случилось с вашими вещами!

- Нет, не нужно, - сказала я, желая уже только одного - закончить этот разговор и свалить из гостиницы, и чем скорее тем лучше. - Возможно, я ошиблась. Извините, прошу прощения…

- И у вас оплачены только одни сутки, - объявила дежурная, заглянув в тетрадь, что лежала на стойке.

- Я уезжаю сегодня, прямо сейчас, - ответила я и пошла в свой номер, ругая себя на чем свет стоит.

«А может, ты правильно поступила, устроив скандал? - запела мне в ухо авторша. - Ты оставила след, помнишь, как у Честертона, отец Браун, который следовал за Фламбо, оставлял следы: жирное пятно на стене, разбитое окно, и все такое…»

«Все это прекрасно, но мне-то зачем эти следы? Для кого их оставлять? Скорее, мне лучше превратиться в невидимку…» - возразила я.

«Тоже верно», - подумав, согласилась авторша. дергая себя за испорченную челку.

«Ну и видок у тебя», - вяло критикнула я.

«А ты - шатенка!» - в устах авторши это прозвучало, как приговор.

Вернувшись в номер под аккомпанемент возмущенных вздохов дежурной и оправданий горничной, я сняла свой масхалат, переодела белье, натянула легкие светлые брюки и сиреневый топ, в очередной раз немного испугавшись своего незнакомого лица в зеркале. Когда я, уложив чемодан, осматривала комнату в поисках случайно забытых вещей, в дверь постучали.

Я замерла, как трепетная лань на склоне горы.

«Точнее, как тушканчик на холмике в степи», - уточнила авторша.

Что делать? Прыгать с балкона или открыть дверь? Покорившись судьбе, выбрала последнее. За дверью оказалась маленькая горничная. Я пропустила девушку в комнату и вопросительно взглянула на нее. Неужели хочет в чем-то признаться?

- Простите, надеюсь, вы не подозреваете, что я рылась в ваших вещах? - спросила она.

- Нет, конечно, - заверила я. - Почему я должна вас подозревать?

«Оправдываются только виноватые», - заметила авторша, размахивая моей забытой зубной щеткой.

- Нет, я не рылась, правда. - разволновавшись, сказала горничная. - Но я хотела вам сказать… вчера вечером приходил мужчина, спрашивал… о женщине, которая остановилась в этом номере.

- О женщине, которая…? - тупо переспросила я.

- Ну да… о спросил, где остановилась такая молодая блондинка… То есть, он спросил про блондинку, что остановилась в этом номере…

- И? - я напряглась…. - «как тетива лука», - нагло уточнила авторша.

- Я сказала, что не знаю, потому что не видела никакой блондинки, - объяснила девушка.

- Хорошо, а как он выглядел, этот мужчина? - спросила я, стараясь сохранить хоть внешнее спокойствие.

- Ну, такой… темноволосый… молодой…

- И как бы… метис?

- Ну да, точно! Вы его знаете?

- Нет, не знаю, просто спросила, - весело (надеюсь) ответила я. - Ну спрашивал мужчина какую-то блондинку, причем здесь я?

- Верно… Да, извините, ладно, я пойду - стушевалась девушка. - Подумала, может, что важное…

- И не переживайте, это я сама запуталась со своими вещами, - добавила я уже совсем невпопад.

- Спасибо, может мне вам чем-нибудь помочь? - спросила она, уже взявшись за ручку двери.

- Нет… благодарю. Хотя, не подскажете, чтобы добраться до Балхаша, мне нужен какой-то автовокзал… а я совсем не знаю города.

- До Балхаша? Это вам на Сайран, и вы не знаете, как туда добраться? - с готовностью откликнулась горничная.

- Не знаю… - я покосилась в сторону путеводителя, который еще не успела убрать в сумку.

- Вы можете поймать такси или поехать трамваем, остановка совсем близко, пройдете… - и девушка начала увлеченно объяснять маршрут.

 

«Запоминай, - прошептала авторша, заглядывая в путеводитель. - И чтобы безо всякого топографического кретинизма».

«Иногда он помогает», - напомнила я.

«Но не всегда», - упорствовала она.

 

Когда горничная вышла из комнаты, я заметалась в панике, постоянно натыкаясь на авторшу, вопящую: - «Это он, он тебя искал, он, Данила!»

«А чему, спрашивается, ты радуешься? Посмотри, как все складывается: он неожиданно появляется в парке, когда на меня нападают, он исчезает в горах, и после этого на меня нападают, он ищет меня в гостинице, и меня поджидают… Ты сама подумай, детек… дефективным своим умом - это цепочка, совершенно логическая цепочка! - я загнала авторшу в угол и припечатала последней фразой: - И не вздумай устраивать стоны во славу этого Данилы-Данияра!»

 

Впрочем, спорить и рассуждать было некогда - нужно было уносить ноги. Но как? Хорошо, предположим, я пошла незамеченной, то есть, меня приняли за другую те, кто следил за мной и рылся в моем чемодане. В оранжевом, между прочим, весьма приметном чемодане, по которому меня узнают, как тореадора по красному плащу.

Решение пришло внезапное и совершенно идиотское. Я выброшу чемодан в окно, благо, там нечему биться, а сама…

«А сама выпрыгнешь следом!» - пропела авторша из угла.

Уже не слушая ее, вся во власти основного или дополнительного инстинкта, я схватила чемодан и вытащила его на балкон

Тенистая улица, вполне подходящая для такого кульбита. Бежать, бежать как можно скорее!

«Шляпу надень!» - посоветовала авторша, пытаясь поймать знакомого кота, фланирующего по перилам соседнего балкона.

Ну да, шляпа… Я расстегнула чемодан, вытащила вязаную шляпу, натянула ее на голову и, вновь приведя свой багаж в боевую готовность, осмотрела улицу. Вроде никого. Сиеста. Полдень. Жара. Переместила чемодан через перила, держа за ручку… Помедлила, расцепила пальцы, зажмурилась и сжалась. Через долю секунды раздался гулкий удар, затем тишина.

«Вот так-то, вуаля», - отметила авторша, гладя прибалдевшего от нежданной ласки кота. Я же, не глядя, куда упало мое сокровище, вылетела с балкона, схватила пакет с сумкой и выскочила из номера. Поворот ключа в замке, умеренная достойная походка знающей себе цену женщины, ключ на стойку дежурной, полный игнор ее неприязненного взгляда, реплика "Я еще не уезжаю"…

«I'll be back!» - не уступая Шварценеггеру в интонации, процедила авторша и зашагала рядом упругой походкой от бедра.

В вестибюле было так же тихо, девица дочитывала свой Vogue, потягивая воду из бутылки. Я выдержала до угла, затем знающая себе цену женщина взяла высокий старт, рысью обогнула здание - чемодан одиноко оранжевел на тротуаре, вызывая удивленный взгляд мальчишки, проезжающего на велосипеде. Улыбнувшись парню, я схватила чемодан, выдернула ручку и уже не рысью, а галопом рванула в переплетенье улиц.

Я быстро запуталась и заплутала, оказавшись вскоре совсем в стороне от шумного блистающего центра - тихие тенистые улочки, не утомленные ни транспортом, ни потоком людей, Кажется, за мной не было погони, или преследователи оставили меня в покое. На улице Байтурсынова, я свернула во двор, весь тонущий в прохладной тени огромных, наверное, столетних деревьев, устроилась на скамейке и развернула путеводитель. Прискакавшая откуда-то запыхавшаяся авторша тут же ткнула пальцем в карту: - «Ты находишься где-то здесь, до трамвайной линии минут пять ходу».

Через четверть часа милый алматинский трамвай увозил меня, мой чемодан и авторшу в сторону водохранилища Сайран, возле которого и располагался одноименный автовокзал.


Продолжение следует


октябрь, 2011-2012 г.г.

Copyright © 2010-2012 Ольга Болгова


Другие публикации Ольги Болговой

Обсудить на форуме

Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба  www.apropospage.ru  без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004 apropospage.ru

       Rambler's Top100         Яндекс цитирования