графика Ольги Болговой
    Путешествуем...

«Есть два разряда путешествий.
Один - пускаться с места в даль.
Другой - сидеть себе на месте,
Листать обратно календарь...»
                   (А.Твардовский)

 

Первооткрыватели


Норманны (Викинги), Эрнанд Кортес, Себастьян Кабот, Генри Гудзон
Давид Ливингстон, Генри Стэнли, Фристоф Нансен, Роберт Пири
Роберт Скотт, Батискаф "Триест", Жак-Ив Кусто, Штурм Эвереста Руаль Амундсен, Соломон Андре, Адольф Эрик Норденшельд, Джон Франклин
Чарлз Дарвин, Абдель Тасман, Виллем Баренц, Бартоломеу Диаш
Фернан Магеллан, Васко Нуньес Де Бальбоа, Марко Поло, Генрих Мореплаватель

 
Путешествия, впечатления:

По родному краю

История Белозерского края

 

По странам и континентам
 
Я опять хочу Париж!
Венгерские впечатления
Болгария за окном
 
Библиотека
путешествий
 
Путешествие на "КОН-ТИКИ"
Тайна острова Пасхи
 

 
На страницах «Литературные забавы»

Джейн Остин Уникальные материалы о жизни и творчестве блистательной английской писательницы XIX века



Впервые на русском языке:
Элизабет Гаскелл
«Север и Юг»

Коллективная
литературная игра
 

 

Подписаться на рассылку
"Литературные забавы"


 



 
 


По родному краю

Ольга Болгова

История Белозерского края 

В незапамятном детстве раннем
Я увидел свой первый город –
Сказкою о царе Салтане
Он открылся мне с косогора.
Вал зеленый у вод блескучих,
Стены сахарные над валом,
Золотые луковки в тучах
Лента радуги обвивала...
              Сергей Орлов

Деревянные дома, резные наличники, купола церквей, земляной вал — украшение центра, синева озера, захватывающая дух, тихие тенистые улочки, березы, палисадники, полные цветов, немноголюдье, окающий распевный говор белозеров… Все это Белозерск — маленький уездный город на южном берегу Белого озера, древний, словно забытый, потерянный среди лесов и полей, скучный и очаровательный. Отсюда не хочется уезжать и хочется уехать, чтобы потом мечтать вернуться вновь. Он пережил несколько рождений, расцветов и увяданий. У него непростая история, полная взлетов и падений. Он старше Москвы и может смотреть на Петербург, как прапрадед на праправнука. Впрочем, это шпилька извечной провинциалки. Я хотела просто описать город, но следом потянулась история, без которой описание будет явно неполным. Не претендуя на достоверность, вдохновленная любимой английской писательницей, попробую наваять очерк о любимом городке.
    Итак, начнем с истоков… Белозерский край и центральный город края назывались в старину Белоозеро. Населяло край финно-угорское племя весь, которое летописец упоминает как "сидящее на Белоозере" и "дающее дань Руси". В 862 году варяг Синеус, родной брат знаменитого нашего Рюрика, после того, как славяне, кривичи и чудь, не в силах, видимо, справиться с административно-территориальными проблемами, призвали на это сложное и ответственное дело варяжских князей, заполучил в свои владения край Белоозеро и поселился со своей дружиной в «варяжском, естественно, городке», на северном берегу Белого озера.
    Затем, как это обычно происходило и происходит в нашей неудачливой отчизне, впрочем, не только в ней, город и край переходили из рук в руки, пока наконец не попали под управу славного Владимира Всеволодовича Мономаха, известного своим здоровым стремлением к единению и литературному творчеству, а также большим весом принадлежащего ему головного убора. Будучи не только талантливым лидером и писателем, но и рациональным экономистом, он, по-видимому, составил разумный бизнес-проект и взял да и перекинул весь город на новое место — к истоку реки Шексны, сделав Белоозеро узловым пунктом водных торговых путей.
    Не углубляясь в дальнейшие весьма запутанные для автора процессы смены власти, можно лишь отметить, что первым удельным белозерским князем и последним толковым деятелем был Глеб Василькович, тот самый, брат Бориса. Белоозеро он получил во владение в весьма нежном возрасте, - ему был лишь год от роду, - после того, как его отец, ростовский князь Василько Константинович, пал в Шеренском лесу в неравном бою с монголо-татарскими захватчиками. Это случилось в 1238 году. Детство и юность Глеба пришлись на трудные времена монголо-татарского ига, но как сказал поэт, «времена не выбирают, в них живут и умирают». Повзрослев и поумнев на почве сложных дипломатических отношений с коварной Ордой, Глеб усердно занялся технико-экономическим развитием своего княжества.


При нем город был окружен земляным валом. Кроме того, именно при нем началось создание единого водного пути на северо-западе страны, что привело в дальнейшем к сооружению Мариинской водной системы и было продолжено, правда, весьма грубо, во времена достославного Леонида Ильича Брежнева затоплением огромной территории вместе с деревнями, селами и городами. Впрочем, об этом позже.
    Наследники князя Глеба бездарно разбазарили княжество, разделив его на удельные: Судское, Андогское, Вадбальское... короче, можно смело добавлять суффикс «ск» и окончание «ое» к названию любого мало-мальски приличного озера или реки, увлажняющих край, и попадешь прямиком в княжество. Как не крути, а умножение почему-то чаще всего операция более конструктивная, чем деление. Почему?
    Эту мысль подтверждает пример из истории города: татарское нашествие миновало эти места, но сей возмутительный пробел быстренько заполнил соотечественник, можно сказать, почти земляк, новгородский князь Константин Иванович, не побоюсь добавить, Белозерский, который был не согласен с территориальным делением местности и попытался решить этот непростой вопрос простым марсианским способом, читай, огнем и мечом.



2

Другим бедствием четырнадцатого века для города стала чума, которую занесли с низовьев Волги, по всей вероятности, неугомонные гастарбайтеры. Скосив половину населения Москвы, Переяславля, Ростова и Владимира, моровая язва перекочевала на Белоозеро. Последствия были ужасны. Не привожу здесь слова очевидца-летописца, скажу лишь, что эти описания леденят душу. Население Белоозера от чумы вымерло наполовину. Город был покинут жителями, и страх был настолько велик, что больше никто не захотел туда возвращаться. В результате, начал строиться новый город, верстах в 17-ти от старого, где он стоит и поныне и, видимо, там и останется. Таким образом, городу пришлось поменять свое местоположение во второй раз. Не осмеливаясь проводить прямую аналогию с современностью, скажу лишь, что оправиться после этого природного бедствия белозеры смогли лишь 90 лет спустя, именно тогда началось строительство стен вокруг города. Видимо, почти столетие потребовалось горожанам, чтобы осознать, что они живут здесь постоянно, и выработать архитектурно-стратегическую концепцию своего поселения. Хотя, другим, не менее важным фактором возрождения города из пепла стал стратегический интерес к нему Москвы и ее государя князя Ивана Васильевича III, известного под прозвищами Великий и Грозный. Последний псевдоним прочно приклеился и к его весьма знаменитому внуку, Ивану IV. Иван Великий неутомимо и успешно трудился на своем посту во благо объединения и независимости Руси. Он присоединил к Москве в числе других и Белозерский край, заставив последнего удельного князя Михаила Андреевича Верейского написать духовное завещание, в котором пункт * гласил о том, что тот передает Белоозеро «… своему господину и государю князю Ивану Васильевичу всея Руси при своей жизни и с волостьми, и с путьми, и с селами, и с слободками…». Житие мое…
    Белоозеро входит в состав Московского княжества. Приходится согласиться, что, несмотря на некоторые издержки, это умножение…
Отныне городом больше не правят князья, теперь он находится в ведении наместников. Аристократия проигрывает и отступает. Естественно, в игру вступает доблестная налоговая инспекция, так называемые «пошлинники», которые производят княжеские сборы с населения, торговых судов, проходящих по Шексне, а также берут пошлины за пользование волоками, ведущими на Кубенское озеро (расположено на юго-востоке от Белого). То есть хочешь волочь на себе судно, плати налоги и волоки спокойно. Кроме того, Иван Великий брал натурой, а как же без этого на Руси? Нет, ничего такого, все в пределах приличия: к княжескому столу поставлялось с Белого озера сорок осетров, не считая другой рыбы. Так сказать, икра черная, икра красная, икра заморская… впрочем, последняя уже из других мест…
Итак, на дворе пятнадцатый век. Белоозеро становится северным форпостом Москвы. Сооружается мощный земляной вал вокруг кремля высотой до 30 метров. Сейчас высота вала не более трехэтажного дома, но он очень живописен. Перед валом выкапывается и наполняется водой глубокий ров. Ныне ров совсем не глубок, но, тем не менее, он до сих пор существует. Поверх вала возводится деревянная ограда с башнями, все это укрепительное сооружение получило название «рубленая сыпь».
    «Красота-то какая… лепота…», — наверно мог бы сказать Иван Васильевич, если бы посетил свой северный форпост. Хотя, кажется, не сохранилось свидетельств о посещении им Белоозера.
    Во времена его внука, Ивана Грозного, город стал местом ссылки опальных знатных лиц. Существует легенда, что взбалмошный царь, невзлюбив Москву, возлелеял план сделать столицей недалекую от Белозерья Вологду, но кирпич, не вовремя, а может, и наоборот ко времени, чуть не упавший на венценосную голову во время экскурсии по славному граду, произвел на грозного царя такое неизгладимое впечатление, что Вологда навсегда стала для него городом нон-грата. Заодно, видимо, досталось и Белоозеру. Как важны, оказывается, небольшие предметы и рутинные события в ходе исторического процесса: кирпич, недожженное письмо, испорченные часы, потерянный платок, нервы студента, метель, туфелька… впрочем, автора опять занесло немного не туда.
    «Рубленая сыпь» получила боевое крещение только в начале XYII века, когда Белозерский край подвергся разорению горячими литовскими и шведскими парнями. А как же? Восток ушел, появился Запад. А Русь и не то, и не другое, словно ось качели. В Смутное время в Белоозеро заявились, ну конечно, они, пшепроше, панове… поляки, которые истребили и разогнали все его население. Жаль, Сусанин не успел подготовить отряд проводников-диверсантов. Но свято место пусто не бывает. Ушли поляки, вернулись белозеры, снова заселили, восстановили, построили, зализали раны, бабы нарожали новых детишек. Жизнь продолжилась… А поэт, родившийся в Белозерске несколько столетий спустя, написал в 1945 году стихотворение обо всех временах сразу...

        На городском валу заплачу
        И ветром слезы осушу.
        Мне вдовий жребий предназначен,
        Но на судьбу не заропщу.

        Он спит на поле Куликовом,
        Мой князь, мой муж, и Русь его
        Качает на груди пуховой,
        Возлюбленного своего.

    Ныне, бывший стратегический объект, городской вал стал местом для прогулок, летом он зарастает травой и благоухает полевыми цветами. По его верху протоптана тропа, где бродят влюбленные парочки, туристы с фотокамерами и теплые и не очень компании. С вала открывается вид на центр города, на озеро и знаменитую в среде художников-пейзажистов пятиглавую XVIII века церковь Всемилостивого Спаса, украшенную широким изразцовым фризом, с шатровой колокольней. Ее изящные купола с ажурными крестами на фоне Белого озера — своего рода визитная карточка города. По красоте и совершенству линий я бы осмелилась сравнить этот храм с церковью Покрова-на-Нерли. Те же гармония и завершенность. Не прибавить не убавить. Внутри вала, в посаде, возвышается пятиглавый Преображенский собор, построенный в XVII веке, здание школы позапрошлого столетия и пруды, затянутые тиной и ряской. Мирная, немного грустная картина.


3

    При Михаиле Федоровиче Романове Белоозеро вошло в состав Российского царства и управлялось воеводами. На берегу озера находился государев двор, где жили особые приставы, наблюдавшие за рыбным промыслом на озере и собиравшие дань с рыбаков. Ну а как же, налоговые ставки, фискальные грамоты и все такое….
    При реформаторе-западнике славном царе Петре Алексеевиче, опять же, Великом, Белоозеро подверглось нескольким передислокациям. Нет, не в прямом смысле, город всего лишь менял административное подчинение. То в 1718 году его приписали к Олонецкой верфи Ингерманландской губернии, то буквально в следующем году перекинули в Санкт-Петербургскую. Потом, видимо, прикинув, что Новгородской губернии не хватает земель, отправили его туда, да еще и приписали к Белоозеру города Каргополь, (чудесный старинный городок в Архангельской области, там я побывала несколько лет назад), Чаронду и Устюжну.
    Интересно, как повлияла на жизнь жителей Белоозера смена губерний? Риторический вопрос. Вероятно, история водной системы будет интереснее, чем бюрократической. Опять же… Дороги и дураки… Впрочем, меня опять заносит.
    Итак, Белозерск — давняя узловая точка водных транспортных путей, поэтому рассказывать об истории города, не упомянув о водной Мариинской системе, которая принесла Белому озеру и белозерам, морякам, судостроителям, рыбакам, как прибыли, так и убытки, невозможно. Основание новой западной столицы на берегах Невы повлекло за собой множество проблем и одной из них само собой была транспортная. Петр понимал, что без коммуникаций добиться решения поставленных им непомерных задач будет очень сложно и, может быть, догадывался, что сухопутные дороги в отечестве — дело фатально безнадежное, поэтому бросил все силы на завоевание и создание водных путей сообщения. А так как Петр Алексеевич не привык искать легких путей, то он и решил создать не много ни мало, как водно-транспортную систему пяти морей. А зачем мелочиться? Строить, так строить. Здесь мне придется немного углубиться в географию и нагрузить читателей названиями некоторых российских водных артерий. Признаться, делаю это не только из географических, но и из лингвистических соображений. Уж больно названия хороши! Ильмень, Мста, Чагодолща…
    Итак, при проектировании водных путей инженеры того времени, естественно, обращались к исторически сложившимся торговым трассам — волокам древних славян, которые плавали и таскали на себе суда от Ладоги до Волги. Эх, упорные были ребята! Ладью на себе перетащат и в бурные волны войдут… При жизни Петра была создана Вышневолоцкая водная система: Ладожское озеро — река Волхов — озеро Ильмень — река Мста — река Цна — река Тверца — река Волга; Тихвинская водная система: Ладожское озеро — река Сясь — река Тихвинка — река Соломинка — река Чагодолща — река Молога. И наконец, самый северный (который, собственно, нас и интересует больше всего) из путей, соединяющих Ладожское озеро с Волгой и проходящий через Белое озеро, указал будущую трассу Мариинской системы. В 1710 году шотландец Джон Перри (ох и ушлые эти британцы, везде поспеют!) провел по царскому поручению рекогносцировку местности: водораздельного волока между реками Вытегрой, впадающей в Онежское озеро, и Ковжей, впадающей в озеро Белое. Правда, результаты остались на бумаге, осуществление проекта было отложено почти на 100 лет. После смерти Петра его наследникам было не до проектов, справиться бы с дрязгами да интригами дворцовыми.
    Времена правления славной женщины Екатерины II принесли городу карьерный рост. В 1777 году Белоозеро переименовывается в Белозерск, становится уездным городом и, следовательно, получает право заиметь личный герб. На этом, первом гербе Белозерска “озеро, в нем две стерляди, над оными месяц с крестом”.


(продолжение)

май, 2009

Copyright © 2009 Ольга Болгова

Другие публикации Ольги Болговой

Обсудить на форуме

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов сайта  без письменного согласия авторов. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004  apropospage.ru


            Rambler's Top100