Литературный клуб:


Мир литературы
  − Классика, современность.
  − Статьи, рецензии...

  − О жизни и творчестве Джейн Остин.
  − О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл.
  − Уголок любовного романа.
  − Литературный герой.   − Афоризмы. Творческие забавы
  − Романы. Повести.
  − Сборники.
  − Рассказы. Эссe.
Библиотека
  − Джейн Остин,
  − Элизабет Гaскелл.
Фандом
  − Фанфики  по романам Джейн Остин.
  − Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
  − Фанарт.

Архив форума
Наши ссылки




Подписаться на рассылку
"Литературные забавы"




По-восточному

«— В сотый раз повторяю, что никогда не видела этого ти... человека... до того как села рядом с ним в самолете, не видела, — простонала я, со злостью чувствуя, как задрожал голос, а к глазам подступила соленая, готовая выплеснуться жалостливой слабостью, волна.
А как здорово все начиналось...»




Сборник «Новогодний (рождественский) рассказ»

Наташа Ростова - идеал русской женщины?

«Можете представить - мне никогда не нравилась Наташа Ростова. Она казалась мне взбалмошной, эгоистичной девчонкой, недалекой и недоброй...»

Слово в защиту ... любовного романа

«Вокруг этого жанра доброхотами от литературы создана почти нестерпимая атмосфера, благодаря чему в обывательском представлении сложилось мнение о любовном романе, как о смеси «примитивного сюжета, скудных мыслей, надуманных переживаний, слюней и плохой эротики...»


Что читали наши мамы, бабушки и прабабушки?

«Собственно любовный роман - как жанр литературы - появился совсем недавно. По крайней мере, в России.
Были детективы, фантастика, даже фэнтези и иронический детектив, но еще лет 10-15 назад не было ни такого понятия - любовный роман, ни даже намека на него...»


    «Ювенилии» Библиотека

Джейн Остин

Перевод с английского - Deicu

 

Эдгар и Эмма

Рассказ

 

Глава первая

 

- Не представляю, - сказал сэр Годфри жене, - чего ради мы снимаем Жилье в захудалом Городишке, если у нас три отличных собственных Дома в лучших уголках Англии, всегда наготове!

 

- Позвольте, сэр Годфри, - отвечала леди Марло, - не я настаивала, чтоб мы здесь оставались; и вообще непонятно, зачем сюда переезжали, ведь наши Дома совершенно не нуждаются в ремонте.

 

- Ну нет, дорогая, - ответствовал сэр Годфри, - никак не вам выражать недовольство тем, что было сделано в вашу честь; но как вы не чувствуете, какие неудобства я и наши Дочки испытывали в тесном Жилище, чтобы доставить вам удовольствие.

 

- Дорогой мой, - заметила леди Марло, - как вас хватает стоять тут и лгать мне в глаза, прекрасно зная, что я покинула очень поместительный Дом, расположенный в самой очаровательной Местности, в окружении исключительно любезных Соседей, только чтобы сделать вам и Девочкам одолжение – ютиться два года в тесноте наемного Жилья, на четвертом этаже[1], в дымном нездоровом городе, от которого у меня не прекращается лихорадка и чуть не началась Чахотка.

 

Не в силах определиться, даже после нескольких подобных речей с обеих сторон, кого следует больше винить, они благоразумно прекратили споры, упаковали Одежду, уплатили за квартиру и наутро отправились с обеими Дочерьми в Сассекс.

 

Сэр Годфри и леди Марло были вполне рассудительные люди, хоть и оказывались иногда (как сейчас) в глупом положении, что случается и с другими рассудительными людьми, но в целом руководствовались Благоразумием и Осмотрительностью в своих действиях.

 

Через два с половиной дня они прибыли в Марлхерст в добром здравии и прекрасном расположении духа. Вне себя от радости, что вновь очутились в усадьбе, покинутой с общим сожалением два года назад, они приказали звонить в колокола и раздали Звонарям девять пенсов[2].

 

Глава вторая

 

Весть об их прибытии распространилась очень скоро, и через несколько дней все окрестные семьи поспешили с приветственными визитами.

 

Среди прочих явились и обитатели Уилмот-лодж, прелестной виллы недалеко от Марлхерста. Мистер Уилмот происходил из старинного семейства и владел, помимо наследственного Поместья, немалой долей свинцового Рудника и лотерейным Билетом[3]. Он был женат на очень милой Даме. Их Потомство, весьма многочисленное, не имеет смысла описывать подробно; достаточно заметить, что в целом они предпочитали добродетель пороку. Детей было слишком много, чтобы всем вместе наносить визиты, и Уилмоты брали их с собой каждый раз по девять. Когда экипаж остановился у дверей сэра Годфри, сердца сестер Марло радостно забились в ожидании встречи с дорогими друзьями. Младшая, Эмма (питавшая склонность к старшему из сыновей и потому особенно ожидавшая прибытия) оставалась у окна Гардеробной в страстной Надежде увидеть, как с подножки спускается юный Эдгар.

 

Сначала появились мистер и миссис Уилмот с тремя старшими Дочерьми – Эмма затрепетала. За ними последовали Роберт, Ричард, Ральф и Родольф – Эмма побледнела. Двух младших Девочек вынесли на руках из экипажа – Эмма без сил опустилась на Софу. Вошел лакей доложить о Посетителях; ее сердце было переполнено печалью, настоятельно требовался доверенный слушатель. В Томасе она надеялась обрести преданного наперсника: нужен был хоть кто-то, и Томас один оказался под рукой. Ему она поверила свою тайну, не скрываясь, призналась, что без ума от юного Уилмота, и просила совета, как вынести скорбное Разочарование, гнетущее ее.

 

Томас, который с радостью уклонился бы от чести выслушивать жалобы, просил позволения ничего не советовать, так что ей пришлось подчиниться, хотя и против воли.

 

Отправив его назад с настоянием хранить тайну, она с тяжелым сердцем спустилась в Гостиную, где обнаружила всю честную Компанию непринужденно сидящей вокруг пылающего очага.

 

Глава третья

 

Эмма некоторое время посидела в Гостиной, пока не набралась храбрости спросить миссис Уилмот об остальных членах семьи; а когда рискнула, то таким тихим и дрожащим голосом, что никто не услышал. Удрученная неудачной первой попыткой, она не стала предпринимать другую; и лишь когда миссис Уилмот велела одной из младших Девочек позвонить, чтобы подавали экипаж, Эмма решительно пересекла комнату, схватила ленту от звонка и заявила:

 

- Миссис Уилмот, вы не сдвинетесь с места, не сообщив мне, как поживают прочие ваши дети, особенно старший сын.

 

Все поразились столь неожиданному обращению, особенно тону, каким это было сказано; но раз Эмма, не желавшая больше мириться с разочарованием, требовала ответа, миссис Уилмот произнесла нижеследующую прочувствованную речь:

 

- Дети совершенно здоровы, но не все сейчас дома. Эми у моей сестры Клейтон. Сэм в Итоне. Дэвид навещает дядю Джона. Джем и Уилл в Уинчестере. Китти на Куин-сквер[4]. Нед в гостях у бабушки. Хетти и Пэтти в брюссельском монастыре. Эдгар в колледже[5], Питер живет у кормилицы[6], а остальные (кроме присутствующих здесь девяти) дома.

 

Эмма с трудом удержалась от слез, услышав, что Эдгара нет; однако сохранила видимость спокойствия, пока Уилмоты не уехали, и тогда уже ничто не могло сдержать захлестнувшего ее горя, она дала выход своим чувствам и у себя в комнате провела в слезах всю оставшуюся Жизнь.

 

Finis

 

Примечания:

[1] Фешенебельным считался бельэтаж (высокий первый этаж) или второй этаж. На самых верхних этажах городских зданий жили слуги или бедняки.

 

[2]Звонить в церковные колокола по какому-нибудь радостному поводу частной жизни (свадьба, встреча из путешествия) – распространенный обычай конца 18 века; но сумма слишком маленькая. Комментаторы оксфордского издания "Ювенилий" приводят в пример помощника приходского священника, который отвалил звонарям 30 пенсов и "ведро сидра", когда они звонили в колокола при его вступлении в должность.

 

[3] В восемнадцатом веке в Англии наблюдалось значительное расширение добычи свинцовых руд, так что такой рудник мог приносить хороший доход. Государственная лотерея существовала с 1709 по 1824 год, но о ценности данного конкретного Билета скромный комментатор сведений не имеет.

 

[4] Куин-сквер – площадь в лондонском районе Блумсбери; на ее восточной стороне находилась знаменитая школа для девочек ("Итон для леди"), с середины 18 века по середину 19 века. Дети Уилмотов в основном школьного и дошкольного возраста; мальчики учатся в престижных привилегированных школах, Итоне и Уинчестере, девочки – в отечественных "дамских академиях" и заграничных монастырях (куда имели обыкновение отсылать дочерей для получения образования английские и ирландские католические семьи).

 

[5] Колледж – один из колледжей Оксфорда или Кембриджа.

 

[6] Женщины из обеспеченных семей не кормили своих детей грудью; младенцев отсылали в деревни или фермы, где они оставались у кормилицы год-два, а потом возвращались под родительский кров. Остены также придерживались этого обычая.

 

январь, 2011 г.
 

Copyright © 2010-2011 Все права на перевод принадлежат Deicu


  Другие публикации автора

Обсудить на форуме

Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба  www.apropospage.ru  без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004 apropospage.ru

           
Яндекс цитирования Rambler's Top100