Литературный клуб:


Мир литературы
− Классика, современность.
− Статьи, рецензии...

− О жизни и творчестве Джейн Остин
− О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл
− Уголок любовного романа.
− Литературный герой.
− Афоризмы.
Творческие забавы
− Романы. Повести.
− Сборники.
− Рассказы. Эссe.
Библиотека
− Джейн Остин,
− Элизабет Гaскелл.
Фандом
− Фанфики по романам Джейн Остин.
− Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
− Фанарт.


Архив форума
Гостевая книга
Форум
Наши ссылки


Пишите нам

 


Неуместные происшествия, или Переполох в Розингс Парке - захватывающий иронический детектив + романтика

Первые впечатления, или некоторые заметки по поводу экранизаций романа Джейн Остин "Гордость и предубеждение"


Ранние произведения Джейн Остен «Ювенилии» на русском языке

Хронограф жизни и творчества Джейн Остин был опубликован в первом издании Джейн Остин на русском языке в серии «Литературные памятники»

Читать романы Джейн Остин:

- "Мэнсфилд-парк"
- "Гордость и предубеждение"
- "Нортенгерское аббатство"
- "Чувство и чувствительность" ("Разум и чувство")
- "Эмма"


Наташа Ростова - идеал русской женщины?

«Недавно перечитывая роман, я опять поймала себя на мысли, как все-таки далек - на мой женский взгляд - настоящий образ Наташи Ростовой от привычного, официального идеала русской женщины...»

Кэтрин Мэнсфилд (http://www.katherinemansfield.com/legal/imagecredits.asp?artwork=8)
Трагический оптимизм Кэтрин Мэнсфилдh

«...Ее звали Кэтлин Бичем. Она родилась 14 октября 1888 года в...»



Вирджиния Вулф

«...Тонкий профиль. Волосы собраны на затылке. Задумчивость отведенного в сторону взгляда. Она родилась в 80-х годах XIX столетия в викторианской Англии...»




Слово в защиту ... любовного романа

«Вокруг этого жанра доброхотами от литературы создана почти нестерпимая атмосфера, благодаря чему в обывательском представлении сложилось мнение о любовном романе, как о смеси "примитивного сюжета, скудных мыслей, надуманных переживаний, слюней и плохой эротики"...»


Что читали наши мамы, бабушки и прабабушки?

«Собственно любовный роман - как жанр литературы - появился совсем недавно. По крайней мере, в России. Были детективы, фантастика, даже фэнтези и иронический детектив, но еще лет 10-15 назад не было ни такого понятия - любовный роман, ни даже намека на него...»

Ревность или предубеждение?

«Литература как раз то ристалище, где мужчины с чувством превосходства и собственного достоинства смотрят на затесавшихся в свои до недавнего времени плотные ряды женщин, с легким оттенком презрения величая все, что выходит из-под пера женщины, «дамской" литературой»...»



История в деталях:

Правила этикета: «Данная книга была написана в 1832 году Элизой Лесли и представляет собой учебник-руководство для молодых девушек...»
- Пребывание в гостях
- Прием гостей
- Приглашение на чай
- Поведение на улице
- Покупки
- Поведение в местах массовых развлечений
Брак в Англии начала XVIII века «...замужнюю женщину ставили в один ряд с несовершеннолетними, душевнобольными и лицами, объявлявшимися вне закона... »
Нормандские завоеватели в Англии «Хронологически XII век начинается спустя тридцать четыре года после высадки Вильгельма Завоевателя в Англии и битвы при Гастингсе... »
- Моды и модники старого времени «В XVII столетии наша русская знать приобрела большую склонность к новомодным платьям и прическам... »
Старый дворянский быт в России «У вельмож появляются кареты, по цене стоящие наравне с населенными имениями; на дверцах иной раззолоченной кареты пишут пастушечьи сцены такие великие художники, как Ватто или Буше... »
- Одежда на Руси в допетровское время «История развития русской одежды, начиная с одежды древних славян, населявших берега Черного моря, а затем во время переселения народов, передвинувшихся к северу, и кончая одеждой предпетровского времени, делится на четыре главных периода... »


Подписаться на рассылку
"Литературные забавы"





Fan fiction

Louisa Croft (Луиза Крофт)
Перевод: Джей Ти

Хозяйка "Мальборо"
("Mistress of Marlborough")

Начало     Пред. глава

Глава IV

Ночь и утро

Оставшись наедине с Маргарет, Торнтон повернулся к ней и взял ее за руки.
   – Ну, похоже, ты все-таки увидишь индийские обои Фанни, – засмеялся он.
   Маргарет улыбнулась. Она слегка дрожала от холода. Очевидно, миссис Торнтон не следила за камином так, как ее тетя Шоу.
   – Ты находишь, что здесь прохладно? – быстро спросил Торнтон. Он оставил ее и подошел к камину, наклонился и помешал угли, огонь снова вспыхнул.
   Маргарет подошла к нему сзади и обняла его.
   – Ты собираешься поддерживать огонь всю ночь? Возможно, нам обоим нужно отдохнуть, сегодня был утомительный день.
   – Я не смогу уснуть, даже если очень устал, – ответил Торнтон, откладывая кочергу и поворачиваясь к ней лицом. Он обнял ее. – Это был самый прекрасный день в моей жизни. Я не хочу, чтобы он заканчивался. – Джон поцеловал ее в лоб. – Я боюсь, что если усну, то, проснувшись, обнаружу, что все было только сном.
   – Что мне сделать, чтобы доказать тебе, что это не сон?
   – Дай мне какую-нибудь твою вещь, чтобы я смог держать ее, пока сплю.
   Маргарет достала из кармана свой носовой платок, в котором была завернута увядшая роза. Она ревниво прижала цветок к груди, прежде чем завернуть его обратно, а затем протянула Джону ароматную ткань. Он поднес ее к губам и вдохнул аромат.
   – Положи его на подушку, – сказала она. – Так ты не забудешь обо мне, пока мы разлучены.
   – Это будет долгая ночь, – ответил Торнтон тоскливо.
   – Но таких ночей не будет много, пока мы можем быть вместе, – заверила его Маргарет.
   – Маргарет, когда мы поженимся? – спросил Торнтон с нежной настойчивостью. – «Скоро» – не ответ для меня. Назови дату.
   – Я не знаю, – ответила она, робко улыбаясь его настойчивости, хотя была не менее нетерпелива, чем он.– Может нам лучше обсудить это с твоей матерью? Она может что-то посоветовать.
   – Да, конечно, ты права, – уступил он. – Она захочет то, что я захочу, но, возможно, лучше не строить планов, не посоветовавшись с ней, даже если это только формальность.
   Так разговаривая, они подошли к дивану и удобно на нем устроились.
   – Я не хочу игнорировать ее, Джон. Она, похоже, чувствует себя не у дел. Я боюсь, для нее все это было ужасным шоком, – сказала Маргарет.
   – Да, – согласился Торнтон, – что может быть более ужасным, чем перспектива вернуть состояние и остаться в собственном доме.
   – Ты знаешь, что я имею в виду, – игриво возразила Маргарет. – Она никогда не любила меня, Джон.
   – Ее чувства к тебе изменятся, как только она узнает тебя лучше, – заверил он ее, целуя ее в макушку.
   Маргарет вздохнула. Требуется нечто большее, чем его слова, чтобы убедить ее, но она оставила это замечание при себе. Ситуация была далеко не идеальной, но терпимой. Пути назад не было. Они должны принять все вместе, чтобы там ни было. Она улыбнулась про себя, подумав, что все получается так, как будто она выходит замуж за мать Джона. Но она знала, что они вынуждены жить вместе. Миссис Торнтон должна остаться в своем доме, но для Маргарет перспектива смены хозяйки была устрашающей. Не уязвит ли это миссис Торнтон, уступит ли она свою роль невестке? Маргарет вздрогнула при одной мысли.
   – Ты замерзла, – настаивал Торнтон. – Позволь мне принести твою шаль, – он наклонился вперед, собираясь встать, но она удержала его.
   – Чуть позже, – ответила она, поместив его руку на свои плечи. Она была тронута его нетерпеливой заботой и была благодарна ему за это. – Я в порядке, Джон, это просто…
   – Что? – спросил он.
   – О, мне не хотелось бы сейчас об этом говорить, – сказала она, покачав головой. Ей не хотелось тратить их оставшиеся мгновения наедине, обсуждая свои опасения о совместной жизни с его матерью.
   – Что ты будешь делать завтра? – спросила она, меняя тему.
   – Я уже делаю, – ответил он, глядя на часы.
   – О, боже, я не думала, что уже так поздно, – воскликнула Маргарет, она предпочитала ложиться рано, даже в Лондоне.
   – Это еще не поздно, – засмеялся Торнтон. – В это время на фабрике у меня был перерыв на ужин, – поддразнил он ее.
   – Да, я наслышана о твоей склонности, работать всю ночь, – поддразнила она его в ответ.
   – Правда? От кого?
   – Николас Хиггинс обычно рассказывал мне, как долго ты работаешь, – ответила Маргарет.
   – Хиггинс… – задумчиво произнес Торнтон, улыбаясь. – Он, действительно, обязательный человек, не так ли?
   – О, да, – согласилась Маргарет. – Ты знаешь, что я послала его на фабрику с одной целью, следить за тобой. Как еще я могла узнавать новости о тебе?
   – Как умно с твоей стороны, - ответил он. – И все это время я думал, что ты заботишься о его сиротах.
   Они замолчали на какое-то время, вспоминая прежние дни.
   – Папа так сожалел, что ты перестал приходить, – снова заговорила Маргарет. – Он беспокоился о тебе. Он сказал, что ты погубишь себя. Он никогда не понимал требований бизнеса.
   – Я очень сожалею, что перестал навещать твоего отца, – сказал Торнтон печально. – Я тратил все свое время и силы, пытаясь удержать фабрику Мальборо на плаву, а в конце потерял и фабрику, и своего друга. Лучше бы я проводил свое время с ним.
   Так же внезапно, однако, выражение его лица изменилось, будто не было никакого смысла останавливаться на том, что не могло быть изменено.
   – Не будем больше говорить о прошлых ошибках,– заключил он.
   – А как насчет того, чтобы совершать новые? – спросила Маргарет. – Разве мудро сидеть так поздно, когда твоя мать рядом? Она, наверно, ожидает услышать твои шаги в коридоре наверху. Она беспокоится, зная, что ты здесь внизу в моих цепких руках, – засмеялась она.
   – Не думаешь же ты, сбежать от меня, – укорил ее Торнтон, притягивая ее еще ближе к себе. – Мама должна смириться с мыслью, что я нахожусь в твоих цепких руках, она может начинать с сегодняшнего вечера, – засмеялся он. Джон смотрел на Маргарет с притворной суровостью. – И ты должна постараться выбросить ее из головы, когда мы вместе, – добавил он.
   Маргарет посчитала, что мысли о матери Джона – неподходящая вещь для романтических отношений, и постаралась отбросить их. Она удобно устроилась рядом с ним, ощущая тепло и покой.
   – Я не хочу, чтобы приходило завтра, – сказала она, подавив зевоту, как можно вежливее. – Столько нужно сделать, у меня голова кружится, как только я подумаю об этом.
   – Дела могут подождать, день или два. После всего, что произошло, я думаю, нам нужно немного времени, чтобы придти в себя.
   – Я должна послать за своими вещами и переехать к Фанни завтра, – сказала Маргарет.
   Они разговаривали, наслаждаясь своим первым совместным вечером. Наконец, часы уныло пробили час. Маргарет не думала, что уже так поздно, они потеряли счет времени. Богато украшенный циферблат часов в своем темном отполированном кожухе выглядел хмурым, как будто укорял, что они засиделись допоздна. «Конечно же, – подумала Маргарет, – это часы миссис Торнтон». Она повернулась к любимому.
   – Ну, Джон?
   Он озорно улыбнулся и сказал:
   – Да, полагаю, мы должны лечь спать.
   Маргарет притворилась, что изумлена и даже рассмеялась его словам. Их взгляды выразили тоскливое ожидание. Ничего не говоря, потому что слова не нужны были, они оба ждали тот день, когда им не нужно будет расставаться.
   Они поднялись и вместе подошли к камину. Маргарет снова заговорила. – Я бы с радостью осталась здесь с тобой на всю ночь, но мне бы не хотелось шокировать слуг и волновать твою мать в ее собственном доме.
   Ирония в ее словах рассмешила его. – Ты бы сказала так после твоего поступка в день бунта. Я отпущу тебя, но сначала… – он прижал ее к себе сильнее, – подойди и обними меня за шею, как ты сделала в тот день. Но позволь мне насладиться этим моментом, у нас нет свидетелей.
   Она обняла его и добавила нежный поцелуй в придачу. Почти неосознанно он пригладил ее волосы на виске, осторожно касаясь того места, куда ударил камень в тот роковой день. Они представляли очень живописную картину, стоя рядом в свете догорающего камина. Они остались стоять так еще несколько минут, наслаждаясь друг другом в тишине, не желая расставаться.
   Наконец, он прошептал ей:
   – Это правда, что ты сказала на следующий день, что сделала бы это для любого?
   – Нет, я солгала, – нежно засмеялась Маргарет, – хотя, возможно, я была слишком упряма, чтобы понять это вовремя. Сейчас бы я это сделала еще раз и тысячи раз, но только для тебя одного… Теперь, спокойной ночи и приятных снов.
   Торнтон показал Маргарет ее комнату и неохотно оставил ее. Когда-то в своей комнате он устало опускался на кровать, но сон не приходил к нему. Так продолжалось месяцами. В последнее время он был так расстроен потерей фабрики, и своими мыслями, как позаботиться о матери. Теперь же он был слишком воодушевлен, чтобы быть спокойным. Он снова был хозяином фабрики. Но даже эта радость бледнела в сравнении с Маргарет.
   Для него было необъяснимой радостью думать, что она любит его. Он вспомнил ее пылкость в день его первого предложения: «Вы мне не нравитесь и никогда не нравились!» Как часто эти поспешно сказанные слова ранили его, мучили его и во сне, и наяву. Теперь все это было в прошлом и забыто. Только этим утром, точнее, вчерашним утром, он отправился в свое меланхоличное паломничество в Хелстон, убежденный, что у него нет никакой надежды, завоевать ее. А теперь она …любит его. И скоро станет его женой… а сейчас она под одной крышей с ним. И как он может спать?
   Он задремал и даже видел сон, проснулся, вздрогнув, его сердце сильно билось, сомневаясь, что все, что произошло, было реальным. Он вздохнул с облегчением, когда почувствовал в руке ее платок. Он поднес его к лицу, вдохнул аромат. Запах разбудил его чувства и оживил его воображение. Торнтон перевернулся на кровати и закрыл глаза. Это было бесполезно: сон ушел от него.
   Джон нетерпеливо ожидал, когда начнется рассвет, и он сможет увидеть Маргарет. Как только Торнтон услышал, что слуги встали, он поднялся и оделся. На цыпочках прошел мимо комнаты матери и спустился на кухню, где услышал какое-то движение. К своему удивлению он обнаружил Маргарет за столом с письмом в одной руке, и чашкой чая в другой. Она выглядела прекрасно.
   – Доброе утро, Джон. Надеюсь, я не разбудила тебя.
   – Доброе утро, любовь моя, – ответил Торнтон и, наклонившись, поцеловал ее. Он сел рядом с ней. – Ты давно встала? И, конечно, еще не завтракала.
   – Нет, – ответила Маргарет. – Я попросила твою бедную служанку не беспокоиться обо мне. Боюсь, что я немного напугала ее, когда появилась здесь. Она предложила накормить меня, но я попросила только чай.
   Маргарет потянулась за чашкой:
   – Я и тебе налью? – слова были сказаны так привычно, как будто она говорила их всю жизнь.
   Он улыбался и смотрел на нее, разливающую чай, как делал много раз в гостиной ее родителей. А затем исполнил свое давнее заветное желание. Взяв ее указательный и большой пальцы в свои, он использовал их как щипцы для сахара, так же, как когда-то делал ее отец. Маргарет посмотрела на него удивленно, а потом нежно рассмеялась.
   – Как хорошо ты изучил меня и отца, – улыбнулась она. – Я думала, что ты не обращал никакого внимания на наши маленькие игры.
   – Ты должна знать, – улыбнулся он в ответ, – что ты не сделала ни одного движения, не произнесла ни одного слова, не сделала ни одного вздоха, которого я бы не заметил. Ты очень удивишься, если узнаешь, как меня заворожили твои браслеты! – он поднес ее ладошку к губам и поцеловал пальцы, на которых еще остались крупинки сахара.
   – Мои браслеты! Что ты имеешь в виду? – спросила она с любопытством, стряхивая крупинки сахара с его подбородка таким привычным, свойственным жене жестом.
   – Это было в тот первый раз, когда я пил у вас чай в Крэмптоне, – ответил Торнтон, улыбаясь робко. – У тебя на руке был браслет, который все время падал на запястье, а ты каждый раз поправляла его на своей красивой руке. Ты надела тот же самый браслет на прием у нас дома и пожала мою руку, – добавил он задумчиво, вспоминая ее изысканную красоту в тот вечер.
   Маргарет скептически, но довольно рассмеялась:
   – Ну-ну, мистер Торнтон! Говорить о красоте моих рук, когда мы еще не поженились! Вы заставляете меня нервничать. Я побоюсь теперь сделать движение или произнести какой-то звук, чтобы вы не вспомнили все, что я сказала, сделала или надела.
   Джон только улыбнулся и поцеловал ее в ответ. Он посмотрел на свои карманные часы и задал прежний вопрос:
   – Ты давно не спишь?
   – Давно. Я плохо спала. А как ты?
   – Боюсь, не очень хорошо, и это, в целом, твоя вина. Я думал о тебе всю ночь.
   – Мне бы хотелось ответить тебе тем же, – улыбнулась она, – но я провела много времени, думая об Эдит и тете Шоу, и как они, должно быть, были расстроены, когда мистер Леннокс вернулся на Харли-стрит и объявил, что я сбежала. Я заставила себя встать и написать им письмо. Я тотчас же отошлю его с посыльным, как только допью чай.
   – Позволь мне отослать его, – предложил Торнтон.
   – Нет, спасибо. Я справлюсь сама, у меня есть указания для посыльного. Он подождет в Лондоне и приедет вместе с Диксон, если она пожелает вернуться. Во всяком случае, у меня запланирована прогулка сегодняшним утром. Мне нужно купить несколько вещей, и еще мне хотелось бы навестить Николаса и Мэри Хиггинс. Я хочу рассказать им хорошие новости о фабрике.
   В ответ Торнтон приподнял одну бровь, как будто спрашивая: «И это все?» Маргарет прочитала его мысли и улыбнулась.
   – Да, конечно, я хочу рассказать им о нашей помолвке. Они, наверняка, не ожидают, что я вернулась в Милтон не просто, чтобы снова открыть фабрику.
   – Не хочешь ли ты, чтобы я пошел с тобой? – спросил Торнтон, не желая расставаться с Маргарет даже на какое-то время.
   – Может, тебе лучше остаться и поговорить с мамой. Я скоро уже уйду, и получится нехорошо, если мы уйдем вдвоем. Я думаю, она оценит минуты, которые проведет с тобой наедине, – пояснила Маргарет. – Пожалуйста, извинись за мое отсутствие. Я постараюсь отсутствовать недолго.
   – Тебе лучше побыстрее управиться, – поддразнил Джон, – или я пойду искать тебя.
   – Возможно, пока меня не будет, ты отправишь записку Фанни и сообщишь ей новости. Я не знаю, чему она больше расстроится, тому, что мы поженимся, или что я буду жить у нее.
   – Не беспокойся, просто оцени ее мебель и обои, и она впустит тебя в свое сердце на всю жизнь, – засмеялся Торнтон.
   Маргарет поднялась и накинула шаль. Он положила руку себе на голову.
   – О, боже, первым делом, куплю шляпку, – сказала она. – Я просто не могу бродить по улицам без нее.
   – Почему бы тебе не взять одну из маминых? – наивно предложил Торнтон.
   – О, нет! – прошептала Маргарет. – Я украла ее сына, не думаешь же ты, что я возьму еще и ее шляпку! Не волнуйся! Я буду придерживаться улиц, на которых друзья твоей матери меня не увидят.
   – Будь осторожна, – сказал Торнтон. – Меня беспокоит то, что ты будешь одна в той части города.
   – Со мной все будет в порядке, – заверила она, и тихо вышла из дома.
   После ее ухода Торнтон прошел в свой кабинет и написал короткую, записку сестре, осторожно подбирая слова. Он взял записку, вернулся в столовую, где стол был уже накрыт к завтраку, и перечитал ее. Джон уже складывал листок, когда в комнату вошла миссис Торнтон. Она огляделась, прежде чем обратиться к сыну.
   – Где мисс Хейл? Еще спит?
   – Нет, мама. Маргарет ушла навестить друзей и отослать письмо в Лондон, – он поднялся из-за стола и поцеловал мать.– Ты хорошо спала?
   – Хорошо, насколько возможно, – ответила она как-то скучно. – Мы через столько прошли за последние дни, – она не знала, что еще сказать. Ей было ужасно любопытно узнать, во сколько Джон лег спать, но она знала, что лучше не спрашивать.
   – И столько всего нужно сделать, – сказал Торнтон, усаживая мать за стол. – Но я надеюсь, что эти хлопоты будут приятными. Мы должны вернуть как можно больше слуг или нанять новых. Что касается фабрики, один человек уже оказал мне услугу. У меня есть список рабочих, которые будут снова охотно работать на меня.
   – У тебя никогда не будет проблемы найти рабочих, – гордо заметила миссис Торнтон. – Фабрика Мальборо была лучшей и самой процветающей в Милтоне.
   – Которая, почему-то, обанкротилась, – засмеялся Торнтон.
   – Это была не твоя ошибка, – возразила его мать, – как ты мог отвечать за забастовку и рыночную политику?
   − Некоторые хозяева фабрик полагали, что мое разорение было следствием моих экспериментов, – сказал Джон. – Они считали, что я заслужил все это из-за своей мягкости, и за то, что пытался улучшить условия труда рабочих.
   – Ты знаешь, я не одобряла некоторые из твоих планов, – сказала миссис Торнтон, – но теперь я думаю, что они будут приносить пользу фабрике долгое время.
   – Это так и будет, – ответил сын, – тем не менее, давай будем благодарны, что у нас есть вторая возможность сделать это, – он замолчал перед тем, как перейти к теме, которая затронет гордость матери.
   − Мы в большом долгу перед Маргарет, мама. Ты не должна обременять себя этим.
   − Я постараюсь ради тебя, Джон, – сказала она эмоционально. – Никто не знает, что чувствовать или говорить. Она была так несправедлива к тебе в прошлом…
   − Она сожалеет об этом, и уже извинилась, – мягко напомнил он. – Мы оба были несправедливы к ней. Ты знаешь, как сильно я люблю ее, мама. Я не могу быть счастлив без нее. Тем более теперь, зная, что она тоже любит меня. Маргарет снова сделала меня хозяином фабрики, и, все же, она была такой скромной, такой робкой. Она сказала мне, что это я окажу ей услугу, приняв ее вложение денег. Она настаивала, что я ничем не буду ей обязан. Это невозможно было не принять.
   − Звучит так, будто ты говоришь совсем о другом человеке, Джон, – ответила миссис Торнтон с выражением подлинного любопытства на лице.
   – Я думаю, она такая и есть, в некоторой степени. Она много страдала в Милтоне, многому научилась. Но в ней сохранилось все то, что я полюбил в ней сначала. Она не заберет меня от тебя, мама. Она вернула мне…нам…все, что у нас было. Полюби ее, мама. Для меня ничего не имеет большего значения, – он дотянулся и сжал руку матери.
   – Я постараюсь, Джон. Мне только нужно время, чтобы уступить дорогу новой хозяйке, но так и должно быть. Она должна быть хозяйкой этого дома и фабрики.
   – Не спеши расставаться с ключами, – засмеялся Торнтон. – Для этого еще будет время. Есть еще одна вещь. Сначала мы должны заняться приготовлениями к свадьбе.
   – Да, свадьба, – согласилась миссис Торнтон. – Вы уже решили, что хотите?
   – Маргарет и я хотим очень тихую свадьбу, – твердо сказал он. – Никаких объявлений, никаких приглашений. Простая церемония с несколькими близкими друзьями. Без свадебного приема.
   Услышав это, миссис Торнтон подняла брови, но потом медленно кивнула, соглашаясь:
   − Я не буду переубеждать тебя в обратном. Когда я увидела, что некоторые хозяева фабрик и промышленники отвернулись от тебя, я поняла, что у нас в Милтоне меньше настоящих друзей, чем я думала, всего один или два. Мне бы хотелось пригласить их на маленький прием после свадьбы.
   − Звучит прекрасно, – ответил Торнтон. – Я думаю, мы отправимся в свадебное путешествие сразу после свадьбы.
   – Куда вы поедете?
   – Думаю, Маргарет с удовольствием отправилась бы в какой-нибудь деревенский край или на побережье, – улыбнулся он. – Но я подумал удивить ее путешествием в Испанию. Она не видела своего брата с тех пор, как умерла их бедная мать.
   Миссис Торнтон подумала, что это расточительно, и почти сказала так, зная, что это путешествие будет предпринято на деньги Маргарет, поскольку у ее сына не было денег на такую роскошь. Но она промолчала. Возможно, это знак, что уже есть взаимопонимание в финансах между Джоном и его будущей женой, и что Маргарет не намерена командовать своим мужем в таких делах.


(продолжение)

1   2   3   4   5   6   7   8   9

ноябрь, 2007 г.

Copyright © 2007-2008
Все права на этот перевод принадлежат Джей Ти


Обсудить на форуме
 


Обсудить на форуме

Fan fiction
О жизни и творчестве Элизабет Гаскелл

Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба  www.apropospage.ru   без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004 apropospage.ru


                 Rambler's Top100