Apropos Литературные забавы История в деталях Путешествуем Гостевая книга Форум Другое

Литературный клуб:


Мир литературы:
− Классика и современность.
− Статьи, рецензии...

− О жизни и творчестве Джейн Остин
− О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл
− Уголок любовного романа
− Литературный герой.
− Афоризмы.
Творческие забавы:
− Романы. Повести.
− Сборники.
− Рассказы. Эссe.
Библиотека произведений:
− Джейн Остин
− Элизабет Гaскелл

Фандом:
− фанфики по произведениям Джейн Остин
− Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
− Фанарт.

Архив форума
Наши ссылки



Озон

Покупайте! Перевод романа Элизабет Гаскелл «Север и Юг» - теперь в книжном варианте!

перевод романа Север и Юг - в книжном варианте!




История в деталях:

Правила этикета: «Данная книга была написана в 1832 году Элизой Лесли и представляет собой учебник-руководство для молодых девушек...»
Брак в Англии начала XVIII века «...замужнюю женщину ставили в один ряд с несовершеннолетними, душевнобольными и лицами, объявлявшимися вне закона...»
Нормандские завоеватели в Англии «Хронологически XII век начинается спустя тридцать четыре года после высадки Вильгельма Завоевателя в Англии и битвы при Гастингсе... »
Старый дворянский быт в России «У вельмож появляются кареты, по цене стоящие наравне с населенными имениями; на дверцах иной раззолоченной кареты пишут пастушечьи сцены такие великие художники, как Ватто или Буше...»



Авантюрно-исторический роман времен правления Генриха VIII Тюдора
Гвоздь и подкова
-
Авантюрно-исторический роман времен правления Генриха VIII Тюдора



По-восточному

«— В сотый раз повторяю, что никогда не видела этого ти... человека... до того как села рядом с ним в самолете, не видела, — простонала я, со злостью чувствуя, как задрожал голос, а к глазам подступила соленая, готовая выплеснуться жалостливой слабостью, волна.
А как здорово все начиналось...»


Моя любовь - мой друг

«Время похоже на красочный сон после галлюциногенов. Вы видите его острые стрелки, которые, разрезая воздух, порхают над головой, выписывая замысловатые узоры, и ничего не можете поделать. Время неуловимо и неумолимо. А вы лишь наблюдатель. Созерцатель. Немой зритель. Совершенно очевидно одно - повезет лишь тому, кто сможет найти тонкую грань между сном и явью, между забвением и действительностью. Сможет приручить свое буйное сердце, укротить страстную натуру фантазии, овладеть ее свободой. И совершенно очевидно одно - мне никогда не суждено этого сделать...»


Пять мужчин

«Я лежу на теплом каменном парапете набережной, тень от платана прикрывает меня от нещадно палящего полуденного солнца, бриз шевелит листья, и тени от них скользят, ломаясь и перекрещиваясь, по лицу, отчего рябит в глазах и почему-то щекочет в носу...»


Жизнь в формате штрих-кода

«- Нет, это невозможно! Антон, ну и куда, скажи на милость, запропала опять твоя непоседа секретарша?! – с недовольным видом заглянула Маша в кабинет своего шефа...»



Метель в пути, или Немецко-польский экзерсис на шпионской почве
-

«Барон Николас Вестхоф, надворный советник министерства иностранных дел ехал из Петербурга в Вильну по служебным делам. С собой у него были подорожная, рекомендательные письма к влиятельным тамошним чинам, секретные документы министерства, а также инструкции, полученные из некоего заграничного ведомства, которому он служил не менее успешно и с большей выгодой для себя, нежели на официальном месте...»


Впервые на русском
языке и только на Apropos:



Полное собрание «Ювенилии»

(ранние произведения Джейн Остин)

«"Ювенилии" Джейн Остен, как они известны нам, состоят из трех отдельных тетрадей (книжках для записей, вроде дневниковых). Названия на соответствующих тетрадях написаны почерком самой Джейн...»



О путешествиях и путешественниках:

Я опять хочу Париж! «Я любила тебя всегда, всю жизнь, с самого детства, зачитываясь Дюма и Жюлем Верном. Эта любовь со мной и сейчас, когда я сижу...»
История Белозерского края
Венгерские впечатления
Болгария за окном
Путешествие на "КОН-ТИКИ" Взгляд на прошлое. Старик с острова Фату-Хива. Ветер и течение. Кто заселил Полинезию? Загадка Южного моря. - Теория и факты. Легенда о Кон-Тики и белой расе. У морского министра в Лиме. Встреча с президентом Перу. Появление Даниельссона. Возвращение в Вашингтон...
Тайна острова Пасхи «Остров Пасхи - самое уединенное место в мире. Ближайшую сушу, жители его могут увидеть лишь на небосводе - это луна и планеты...»


Библиотека

Элизабет Гаскелл

Пер. с англ. Валентина Григорьева
Редактор: Елена Первушина


Жены и дочери


Часть II


Начало      Пред. глава

Глава XX

Гости миссис Гибсон

Молли очень удивилась, когда однажды мистер Престон посетил их дом. Они с миссис Гибсон сидели в гостиной – Синтии не было дома, она вышла в город за покупками. Дверь открылась, произнесли имя прибывшего, и в комнату вошел молодой человек. Его приход вызвал большее смятение, чем ожидала Молли. Он вошел с тем же выражением спокойной уверенности на лице, с каким встречал их в особняке Эшкома. В своем сюртуке для верховой езды и после прогулки на открытом воздухе он выглядел удивительно красивым. При виде его миссис Гибсон слегка нахмурила брови и оказала ему более холодный прием, нежели привыкла оказывать своим гостям. Молли немного удивило волнение мачехи. Миссис Гибсон сидела за пяльцами своей бесконечной вышивки, когда мистер Престон вошел в комнату, но случилось так, что, вставая, чтобы встретить его, она опрокинула корзину с пряжей и, отклонив предложение Молли помочь ей, она подобрала все мотки сама, прежде чем предложила гостю сесть. Он стоял, держа шляпу в руке, и делал вид, что заинтересован сбором мотков, хотя Молли была уверена, что ему это безразлично, поскольку все это время он оглядывал комнату, подмечая детали обстановки.

Наконец все уселись и завели разговор.

- Я впервые приехал в Холлингфорд со дня вашей свадьбы, миссис Гибсон, иначе я бы непременно засвидетельствовал вам свое почтение.

- Я знаю, что у вас много дел в Эшкоме. Я не ждала, что вы приедете. Лорд Камнор в Тауэрсе? Я уже больше недели не получала писем от ее светлости.

- Нет! Он, по-видимому, до сих пор задержался в Бате. Но я получил от него письмо с поручениями для мистера Шипшэнкса. Боюсь, мистера Гибсона нет дома?

- Да, его часто не бывает дома… почти постоянно, я бы сказала. Я не могла себе представить, что буду так мало его видеть. Жена доктора ведет очень уединенную жизнь, мистер Престон!

- Вы едва ли можете назвать свою жизнь уединенной, когда такая компаньонка, как мисс Гибсон, всегда у вас под рукой, - произнес он, поклонившись Молли.

- О, но жене одиноко, когда ее муж в отъезде. Бедный мистер Киркпатрик был несчастлив, если я не выходила вместе с ним… на все его прогулки, на все его визиты; ему нравилось, когда я была рядом с ним. Но мистеру Гибсону почему-то кажется, что я буду ему мешать.

- Я не думаю, что вы могли бы ехать позади него в седле на Черной Бесси, мама, - возразила Молли. – А пока вы не сможете ездить подобным образом, вы едва ли сможете совершать с ним объезды по неровным дорогам.

- Но он мог бы купить бругэм[1]! Я часто об этом говорила. И потом, я могла бы ездить на нем с визитами по вечерам. Это единственная причина, почему я не поехала на Холлингфордский благотворительный бал. Я не смогла заставить себя воспользоваться грязной пролеткой из «Георга». Мы должны расшевелить папу к следующей зиме, Молли. Нельзя, чтобы ты и…

Она внезапно замолчала и украдкой взглянула на мистера Престона, обратил ли он внимание, что она оборвала предложение. Конечно, он заметил, но не собирался этого показывать. Он повернулся к Молли и спросил:

- Вы уже были на общественном балу, мисс Гибсон?

- Нет! – ответила Молли.

- Когда придет время, вы получите большое удовольствие.

- Я не уверена. Мне бы понравился балл, если бы у меня было много партнеров, но, боюсь, я знаю мало людей.

- Вы полагаете, что молодые люди не найдут способы и средства быть представленными красивым девушкам?

Именно за подобные слова он не понравился Молли прежде, и произнес он их в той грубой манере, которая показала, что он намеревался выразить личный комплимент. Молли приписала себе в большую заслугу ту беспечность, с которой она продолжала плести кружево, словно никогда не слышала его слов.

- Я только надеюсь, что смогу быть одним из ваших партнеров на первом балу, куда вы пойдете. Прошу, когда вас забросают просьбами о танце, не забудьте, что я заранее попросил оказать мне честь.

- Я предпочитаю не ангажировать себя заранее, - ответила Молли, заметив из-под полуопущенных век, что он наклонился вперед и смотрит на нее так, словно решился получить ответ.

- Молодые девушки всегда осмотрительны, какими бы скромными делами они не занимались, - ответил он, невозмутимо обращаясь к миссис Гибсон. – Несмотря на опасение мисс Гибсон, что у нее будет мало партнеров для танцев, она отказывается от единственного. Я полагаю, к этому времени мисс Киркпатрик вернется из Франции?

Он произнес эти последние слова тем же тоном, каким говорил прежде, но интуиция подсказала Молли, что он постарался, чтобы его голос показался беспристрастным. Она посмотрела на него. Он играл со своей шляпой, словно ответ на вопрос его не интересовал. И, тем не менее, он внимательно слушал с легкой улыбкой на лице.

Миссис Гибсон слегка покраснела и смешалась:

- Да, конечно. Думаю, моя дочь присоединится к нам следующей зимой; и уверяю вас, она будет выезжать с нами.

«Почему бы ей не сказать, что Синтия уже здесь?» – спрашивала себя Молли и все же радовалась, что мистер Престон выглядит сбитым с толку.

Он по-прежнему улыбался, но на этот раз, посмотрев на миссис Гибсон, он спросил:

- Я надеюсь, вы получаете от нее хорошие вести.

- Да, очень. Между прочим, как поживают наши добрые старые друзья Робинсоны? Я часто вспоминаю, как они были добры ко мне в Эшкоме! Милые, добрые люди, если бы я могла их увидеть.

- Я непременно передам им, что вы спрашивали о них. Полагаю, они прекрасно поживают.

Как раз в эту минуту Молли услышала знакомый звук – щелкнула и открылась входная дверь. Она поняла, что пришла Синтия. И, осознавая некоторые тайные причины, что заставили миссис Гибсон скрыть местонахождение дочери от мистера Престона, она поднялась, собираясь выйти из комнаты и встретить Синтию на лестнице, но один из последних мотков пряжи запутался в платье у ее ног, и прежде, чем она освободилась от помехи, Синтия открыла дверь гостиной и появилась на пороге, глядя на мать, Молли и мистера Престона, но, не делая ни шага. Ее лицо, такое сияющее в первый момент, как только она вошла в комнату, поблекло после того, как она осмотрелась. Но ее глаза – ее прекрасные глаза – обычно такие мягкие и серьезные, казалось, наполнились огнем, а брови нахмурились, когда она решилась пройти вперед и занять место в комнате среди троих присутствующих, которые смотрели на нее с разными чувствами. Она спокойно и медленно прошла вперед; мистер Престон сделал пару шагов ей навстречу, протянув руку, на его лице было написано выражение искреннего удовольствия.

Но она не обратила внимания ни на протянутую руку, ни на стул, который он предложил ей. Она села на маленький диванчик в одном из окон и позвала к себе Молли.

- Взгляни, что я купила, - сказала она. – Эта зеленая лента по четырнадцать пенсов за ярд, эта шелковая – за три шиллинга, - продолжила она, заставляя себя говорить об этих пустяках, словно они были для нее важнее всего на свете, и, не обращая внимания ни на мать, ни на ее гостя.

Мистер Престон последовал ее примеру. Он тоже поговорил о новостях, о местных слухах, но Молли, которая время от времени посматривала на него, была почти встревожена выражением едва сдерживаемого гнева, которое совершенно испортило его красивое лицо. Ей больше не хотелось смотреть на него, и она постаралась возобновить начатый Синтией личный разговор. И все же она не могла не подслушать, как миссис Гибсон пытается быть вежливее, словно для того, чтобы загладить грубость Синтии, и, если возможно, преуменьшить его злость. Она постоянно говорила, словно у нее была цель задержать его; тогда как до возвращения Синтии она допускала частые паузы в разговоре, словно давала ему возможность уйти.

В ходе беседы они заговорили о Хэмли. Миссис Гибсон всегда неохотно говорила о близости Молли с этой семьей графства, и когда последняя уловила звуки собственного имени, ее мачеха говорила:

- Бедная миссис Хэмли едва могла обойтись без Молли; она считала ее дочерью, особенно в последнее время, когда, я боюсь, ей доставили немало беспокойства. Мистер Осборн Хэмли – полагаю, вы слышали – у него не все так хорошо пошло в колледже, а они ожидали от него так много… родители, вы понимаете. Но что это означало? Что он не заработал себе на жизнь! Я называю это очень глупым видом тщеславия, когда молодой человек не занимается профессией.

- Во всяком случае, сейчас сквайр должен быть доволен. Я просматривал утреннюю «Таймз», там опубликован список, сдавших экзамен в Кэмбридже. Разве второго сына не назвали в честь отца Роджером?

- Так и есть, - ответила Молли, вставая и подходя ближе.

- Он – старший ранглер[2], - произнес мистер Престон, почти досадуя на самого себя из-за того, что сказал то, что смогло доставить ей удовольствие. Молли вернулась на свое место рядом с Синтией.

- Бедная миссис Хэмли, - произнесла она мягко, словно про себя. Синтия взяла ее за руку, скорее сочувствуя печальному и нежному взгляду Молли, нежели понимая все те мысли, что пронеслись в голове у сестры — та и сама не вполне их поняла. Смерть, что пришла не ко времени; вопрос, знают ли мертвые, что произошло на земле после их ухода – неудача блестящего Осборна, успех Роджера; тщеславие человеческих желаний – все эти мысли перемешались в ее голове. Она пришла в себя через несколько минут. Мистер Престон рассказывал неприятные вещи, которые он мог вспомнить о Хэмли, тоном лживого сочувствия.

- Бедный старый сквайр – не самый умнейший из мужчин – прискорбно плохо управлял своим поместьем. И Осборн Хэмли слишком утонченный джентльмен, чтобы понимать, какими средствами можно было бы улучшить ценность земли, даже если бы у него был капитал. Человек, который имеет практические знания по земледелию и несколько тысяч наличных денег, мог бы увеличить рентную плату примерно до восьми тысяч. Конечно, Осборн постарается жениться на ком-нибудь с деньгами; семья старинная и хорошо известная, и он не должен противиться коммерческому падению, хотя я полагаю, сквайр все отпишет ему; но с другой стороны, молодой парень сам не создан для работы. Нет! Семья быстро придет в упадок; жаль, когда такие старинные саксонские роды исчезают; но это судьба Хэмли. Даже старший ранглер – если это Роджер Хэмли – растратит весь свой ум за одну попытку. Вы никогда не услышите, что старший ранглер чего-то стоит впоследствии. Он станет членом научного общества в своем колледже, конечно… во всяком случае, этим он обеспечит себе средства к существованию.

- Я верю в старших ранглеров, - заявила Синтия, ее чистый голос зазвенел в комнате. – И из того, что я узнала о Роджере Хэмли, я уверена, что он сохранит признание, которое заслужил. И я не верю, что род Хэмли так скоро утратит богатство, славу и доброе имя.

- Им повезло, что мисс Киркпатрик замолвила за них доброе слово, - произнес мистер Престон, вставая, чтобы уйти.

- Дорогая Молли, - сказала Синтия шепотом. – Я ничего не знаю о твоих друзьях Хэмли, кроме того, что они твои друзья, и того, что ты рассказывала о них. Но мне не хотелось, чтобы тот человек так о них говорил – в твоих глазах все время стояли слезы. Я бы скорее поклялась, что они самые талантливые и удачливые в этом мире.

 

Единственный человек, которого Синтия, казалось, здорово боялась, был мистер Гибсон. В его присутствии она была более осторожной в словах и проявляла больше уважения к своей матери. Ее явное уважение к мистеру Гибсону и желание получить его доброе мнение заставляли ее сдерживаться перед ним; и подобным поведением она заслужила его доброе расположение как живая, разумная девушка, с таким большим знанием света, что стала очень желанной подругой Молли. На самом деле, она производила подобное впечатление на всех людей. Поначалу они были поражены ее внешностью, а затем ее приятными манерами, которые притягивали их, словно она говорила: «Вы мудрые, а я глупая… будьте милосердны к моей глупости». Такая у нее была особенность, которая в действительности ничего не значила; она сама едва ли это понимала; тем не менее, ее манеры были очаровательны. Даже старый Уильямс, садовник, это чувствовал, он признался своей наперснице Молли:

- Да, мисс, это исключительная молодая леди! Она так мило держится... Я тут было учил ее прививать розы будущего сезона… и я уверяю вас, она очень сообразительная, хотя и выглядит глупой.

Если бы Молли не обладала самым ангельским характером в мире, она могла бы приревновать ко всей преданности, что лежала у ног Синтии; но она никогда не думала сравнивать то количество восхищения и любви, которые каждая из них получала. И все же однажды она почувствовала, будто бы Синтия незаконно вторгается в ее владения. Осборну Хэмли послали приглашение на скромный обед. Он вежливо отказался, но в скором времени посчитал уместным нанести визит. Впервые после смерти миссис Хэмли и после того, как она уехала из поместья, Молли видела кого-то из членов семьи; ей о многом хотелось расспросить. Она терпеливо ждала, пока у миссис Гибсон иссякнет первый бесконечный поток пустяковых вопросов, а затем скромно поинтересовалась: Как поживает сквайр? Вернулся ли он к своим прежним привычкам? Не ухудшилось ли его здоровье? – Молли задавала каждый вопрос с легким и деликатным прикосновением, словно перевязывала рану. Она немного замешкалась, совсем немного, прежде чем заговорить о Роджере, на одно мгновение у нее в голове промелькнула мысль, что Осборн может слишком болезненно переживать различие между собственной неудачей и успехом брата в колледже, и ему бы не понравилось, если бы об этом упомянули. Но потом она вспомнила о великодушной братской любви, что всегда существовала между этими двумя молодыми людьми, и только заговорила на эту тему, когда Синтия, согласно требованию матери, вошла в комнату и взялась за рукоделие. Она сидела тише воды – едва ли произнесла хоть слово, - но Осборн, казалось, сразу же попал под ее власть. Он больше не уделял своего пристального внимания Молли. Он давал краткие ответы на ее вопросы, и постепенно, Молли не совсем поняла, как это случилось, он повернулся к Синтии и уже обращался к ней. Молли заметила выражение удовольствия на лице миссис Гибсон; возможно, из-за собственного огорчения, что не услышала всего того, что ей хотелось знать о Роджере, она стала более проницательной, чем обычно, но, определенно, она сразу же поняла, что миссис Гибсон понравился бы брак между Осборном и Синтией.

Вспоминая тайну, в которую она была вовлечена против своей воли, Молли наблюдала за его поведением, как будто охраняла интересы отсутствующей жены, и с тревогой думала о том, возможно ли, что Синтия привлекает его. Он выражал огромный интерес и расположение к красивой девушке, с которой говорил. Он носил глубокий траур, оттенявший его худую фигуру и изящное, утонченное лицо. Но ни в его взглядах, ни в словах не было ни капли флирта, насколько Молли понимала значение этого слова. Синтия тоже была очень тихой, она всегда вела себя намного тише с мужчинами, чем с женщинами, это была часть ее мягкого обаяния, к которому она относилась с безразличием. Они разговаривали о Франции. Миссис Гибсон сама провела там два или три года своего девичества; а недавнее возвращение Синтии из Булони сделали эту тему очень непринужденной. Но Молли была исключена из разговора, страдала от невозможности услышать подробности об успехе Роджера. Ей пришлось встать и услышать от Осборна прощальные слова, едва ли более длинные и более сердечные, чем те, которые он произнес для Синтии. Вскоре после того, как он ушел, миссис Гибсон начала восхвалять его:

- Я, право слово, начинаю верить в наследственность. Какой он джентльмен! Какой любезный и вежливый! Так отличается от этого выскочки Престона, - продолжила она, немного обеспокоенно взглянув на Синтию. Синтия, прекрасно зная, что за ней наблюдают, холодно произнесла:

- Мистер Престон не преуспевает в знакомствах. Было время, мама, когда я считала, что нам обеим он казался любезным.

- Я не помню. У тебя более цепкая память, чем у меня. Но мы говорили об этом очаровательном мистере Осборне Хэмли. Молли, ты всегда говорила о его брате – Роджер здесь, Роджер там – я не понимаю, почему ты так редко упоминала об этом молодом человеке.

- Я не знала, что так часто упоминала Роджера Хэмли, - сказала Молли, немного краснея. – Но я больше его видела… он чаще бывал дома.

- Ладно, ладно! Все в порядке, моя дорогая. Право слово, тебе он больше подходит. Но когда я увидела Осборна Хэмли рядом с моей Синтией, я не могла не думать… но, возможно, мне лучше не говорить вам, о чем я подумала. Только у каждого из них не совсем обычная внешность, и, конечно, это кое-что предполагает.

- Я вполне понимаю, о чем ты подумала, мама, - сказала Синтия с огромным самообладанием, - как и Молли, без сомнения.

- В этом нет вреда, я уверена. Вы слышали, как он сказал, что хотя ему не нравится сейчас оставлять отца одного, все же, когда его брат Роджер вернется из Кэмбриджа, он будет чувствовать себя намного свободнее? Он как бы желал сказать: «Если вы пригласите меня на обед, я буду рад прийти». И цыплята будут намного дешевле, а у кухарки есть такой прекрасный рецепт — можно приготовить из них филе и начинить его фаршем. Все, кажется, складывается так удачно. И Молли, моя дорогая, ты знаешь, я не забуду тебя. Со временем, когда настанет очередь Роджера Хэмли оставаться дома с отцом, мы пригласим его на один из наших тихих и скромных обедов.

Молли медленно воспринимала сказанное, но через минуту смысл этих слов дошел до нее, и она вся покраснела, ей стало жарко, особенно после того, как она увидела, что Синтия с огромным изумлением раздумывает над идеей, что пришла ей на ум.

- Я боюсь, Молли не особенно благодарна, мама. Будь я на твоем месте, я бы не утруждала себя давать званый обед в ее честь. Подари лучше мне всю свою доброту.

Молли часто озадачивали слова Синтии, с которыми она обращалась к своей матери, и это был один из таких случаев. Но ее больше волновало, что сказать ей самой, она была обеспокоена подтекстом в последних словах миссис Гибсон.

- Мистер Роджер Хэмли был очень добр ко мне. Он много бывал дома, когда я гостила там, а мистер Осборн Хэмли очень мало времени проводил дома – вот причина, по которой я об одном говорила больше, чем о другом. Если бы у меня было… если бы у него было, - она потеряла логику из-за того, что ей было трудно подобрать слова. – Я не думаю, что должна была бы... О, Синтия, вместо того, чтобы смеяться надо мной, ты могла бы помочь мне объясниться.

Вместо этого Синтия повернула разговор в другое русло.

- Мамин пример навел меня на мысль о слабости. Я не вполне могу определиться, телесная она или умственная. Какая она, Молли?

- Он не силен, я знаю. Но он очень талантливый и умный. Каждый скажет это… даже папа, который обычно не хвалит молодых людей. Когда он так плохо закончил колледж, это все еще больше запутало.

- Тогда у него слабый характер. Я уверена, где-то есть слабость, но он очень любезный. Должно быть, очень приятно гостить в Хэмли Холле.

- Да, но теперь все закончилось.

- О, чепуха! – сказала миссис Гибсон, отвлекаясь от счета стежков в образце. – Вот увидите, мы часто будем приглашать молодых людей на обед. Они нравятся вашему отцу, и я всегда докажу, что рада его друзьям. Они не будут вечно ходить в трауре по матери. Я надеюсь, мы часто будем их видеть, и наши две семьи станут очень близки. В конце концов, эти добрые холлингфордцы ужасно отсталые, я бы сказала, довольно заурядные люди.



[1] Бругэм – одноконный двух- или четырехколесный экипаж для двух или четырех человек.
[2] Старший ранглер – выпускник, занявший первое место на экзамене по математике в Кэмбридже.


(Продолжение)

сентябрь, 2010 г.

Copyright © 2009-2010 Все права на перевод романа
Элизабет Гаскелл «Жены и дочери» принадлежат:
переводчик - Валентина Григорьева,
редактор - Елена Первушина

Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено

Обсудить на форуме

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба  www.apropospage.ru  без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004  apropospage.ru


            Rambler's Top100