графика Ольги Болговой

Литературный клуб:


Мир литературы
  − Классика, современность.
  − Статьи, рецензии...

  − О жизни и творчестве Джейн Остин
  − О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл
  − Уголок любовного романа.
  − Литературный герой.   − Афоризмы.
Творческие забавы
  − Романы. Повести.
  − Сборники.
  − Рассказы. Эссe.
Библиотека
  − Джейн Остин,
  − Элизабет Гaскелл.
Фандом
  − Фанфики  по романам Джейн Остин.
  − Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
  − Фанарт.

Архив форума
Наши ссылки





Впервые на русском
языке и только на Apropos:



Полное собрание «Ювенилии»

(ранние произведения Джейн Остин)

«"Ювенилии" Джейн Остен, как они известны нам, состоят из трех отдельных тетрадей (книжках для записей, вроде дневниковых). Названия на соответствующих тетрадях написаны почерком самой Джейн...»

Из собрания «Ювенилии»

Сэр Уильям Монтегю «В уединенном приюте, где он надеялся найти Убежище от любовных Мук, его очаровала знатная молодая Вдова, приехавшая искать утешения...»

Мемуары мистера Клиффорда «Остановившись в Девайзисе, однако, он решил порадовать себя отменным горячим ужином и заказал сварить целое Яйцо себе и своим Слугам...»

Прелестная Кассандра Роман в 12 главах. «Кассандра была дочерью – единственной дочерью – прославленной модистки с Бонд-стрит. Ее отец был благородного происхождения, как близкий родственник дворецкого герцогини...»

Амелия Уэбстер «Ты возрадуешься, услышав о возвращении из-за границы моего любезного Брата. Он прибыл в Четверг, и никогда я не видела никого элегантнее, за исключением твоей задушевной подруги...»

Визит «Я не стану изводить вас лишним политесом – будьте как дома, словно под отческим кровом. Помните: в тесноте да не в обиде...»

Тайна (Неоконченная комедия)    «Плут-старший: Вот по этой причине я и желаю, чтобы ты следовал моему совету. Ты согласен, что совет разумный?...»

Три сестры «Милая Фанни! Я счастливее всех в Мире, по причине предложения от мистера Уоттса. У меня оно первое, даже выразить не могу, до чего мне нравится...»

Превосходное описание различного действия Чувствительности на различные умы «Я только что вернулась от Мелиссы, и в Жизни своей, хоть мне немало лет и уже не раз случалось пребывать у Одра Болезни, не встречала столь трогательного Зрелища...»

Щедрый помощник священника «В глухой части графства Уорикшир когда-то проживал достойный Священнослужитель. Доход с его прихода, двести фунтов, и проценты с капитала его Жены, круглый ноль, целиком обеспечивали Нужды и Потребности Семейства...»

Ода жалости «Брожу, забывшись от сердечных бед В печальных Мирта зарослях одна, Пусть на Любовь несчастную льет свет Серебряная бледная Луна...»


 

Творческие забавы

Joanna Claydon This king business
(The Great Detective Tim Coleman series)

Джоанна Клейдон
Перевод: deicu

Королевские дела
(Из похождений великого сыщика Тима Коулмена)

Содержание    Пред. гл.

Глава четырнадцатая

Не составило труда повязать деморализованных разбойников и отвести их в ближайшую кладовку, а потом перетаскать нокаутированных. Чулан был вполне удобный, с учётом обстоятельств - на крепком запоре; нашлось и несколько ковриков прибросить на пол. Англичанин, верный кодексу джентльмена, через Заккара пообещал, что пришлёт за ними полицейских из столицы, и их немедленно переведут в подходящие условия.

- Так-то оно так, господин хороший, - уныло вздохнул мрачный субъект с быстро заплывающим глазом, - да только лошадки тю-тю. Красавчик Пако знает, что делает: чтобы кто дёру не дал, отгонит лошадь, и всё тут.

Детектив выслушал перевод прежалостного монолога, но и виду не подал, будто новость могла его обескуражить.

- Посидите подольше, только и всего.

Пока прибочный служитель основательно прилаживал засов, сыщик возился с механизмом сейфа, что трудностей не представляло: такие замки прославленный детектив вскрывал на скорость без знания комбинации.

- Какое счастье для цивилизованного мира, что вы не преступник, - решился Заккар на неординарный комплимент.

- Я хоть сейчас готов заделаться конокрадом, - невесело пошутил Тим, - если вы наведёте меня.

- Здесь поблизости ни хутора, ни жилья. Охотничьи угодья, одно слово.

- Придётся пешком идти до самого центра города?

Но славонец бодро стукнул кулаком о ладонь.

- Ну уж нет! Вызовём почетный эскорт и проедемся с помпой.

- В доме есть телефон? - догадался англичанин.

Заккар посмотрел на него непонимающе, но сообразил наконец.

- Вы про телефонический аппарат? Нет, откуда! Когда в Государственном совете обсуждали, не завести ли по примеру Америки телефонные линии, министр почт изволил высказаться: может, американцам это и нужно, а у нас в достаточном числе мальчики-посыльные.

- А как тогда?..

- Военные ещё не забыли старинную костровую связь. Мальчишкой я знал все сигналы и давно мечтал проверить её на деле.

- Что для этого нужно? - оживился Тим.

- Костёр - значит, хворост и спички. "Орлиного гнезда" - так называется специальная костровая площадка - нам не заготовлено, зато есть вышка для стрелков - и недалеко, я её приметил с крыши. Мокрый холст - прикрывать огонь.

- Вышка в лесу, хворост там же. Спички... жаль, я не курю...

- На то и слуги, чтобы подать огонька, - мимолётно усмехнулся Заккар и погремел коробком.

- Холст... Послушайте, это же столовая. Может, здесь в каких-нибудь буфетах сохраняются скатерти? Простыни в спальнях?

- Надежды мало. Обычно всё, что требуется, привозят с началом охотничьего сезона.

Действительно, розыски ничего не дали. Резные дородные шифоньеры стояли пустые, с приотворёнными дверцами. Но на кухне, среди нагромождения холодных плит, монументальных разделочных столов, шкафов, заставленных звонкими кастрюлями и пустыми хлебницами, на нижней открытой полке почивали наколотые сухие сосновые чурки. Тим принялся выгребать поленья, раскинул полы ненужного домино, и его внезапно осенило. Он поднялся, картинным жестом распахнув свободное одеяние.

- Что скажет, Заккар? Атлас, конечно, не дерюга, но мокрый не сразу загорится.

Обстоятельный служитель добросовестно покатал материю между пальцами.

- Сойдёт, сэр.

Тим стянул охапку дров плотным пеньковым узлом и бодро взвалил вязанку на плечо. Заккар накачал рукояткой устарелой помпы колодезную воду в два ведра, подхватил их и зашагал вперёд. Тим двигался за едва угадываемым силуэтом, поражаясь, что славонец вообще находит направление в неуютной лесной темноте. А тот со своей тяжёлой ношей шёл уверенно и упруго, как по ровному, по корявому от могучих корней ковру шелестящей травы.

Они быстро добрались до цели, у закалённого спортсмена даже не заныло плечо. Вышка, добротно сколоченная из неошкуренных брёвен, стояла у поляны, которую обступала глухая стена заповедного леса.

Наверху англичанин с облегчением избавился от неуместного маскарадного одеяния, Заккар рывком погрузил плотный атлас в ведро и сильными руками отжал от лишней воды; со знанием дела сложил поленья пирамидкой, подложил внутрь щепки и, бережно защищая пламя в ладонях, с одной спички поджёг костёр. Как только он разгорелся, Тима отправили вниз. Рачительный слуга проявлял заботу о плодах труда фешенебельного лондонского портного. Малиновый камзол на нём самом потерял всякую презентабельность: его безнадёжно вымазало сажей, распоролись кое-где швы, разлохмаченные кончики ниток торчали из когда-то качественного, хоть и неразрезного, бархата.

И пока знаменитый детектив ёжился от ночного холодка и пытался найти позу поудобней, опираясь спиной на толстый столб, поддерживающий конструкцию, с площадки доносились редкие шаги, через равномерные интервалы - шипение мокрой ткани и водопадный звук выжатой струи, иногда экспрессивное славонское словцо, если что-то сбивалось с правильного пути.

На горизонте моргнул огонёк, и ещё раз, и ещё. Заккар вынырнул из своего пекла и присел на грубую лестничную перекладину, утирая слезящиеся от дыма глаза.

- Сейчас будут здесь. Костёр я пока оставлю - вроде маяка.

Сыщик вышел к подножью лестницы.

- Не хотел вам мешать раньше. Но теперь спрошу, пожалуй: как вы здесь очутились?

- С той же каретой, что и вы, сэр.

- Как вас не заметили?

- Похитители оделись, как могли, для маскарада, а в темноте и в спешке не особенно приглядывались друг к другу. Мне удалось вмешаться в сутолоку и забраться на запятки. Говорить им было запрещено, пересчитать никто не пересчитал.

- Но ведь был большой риск!

Великий сыщик не получил никакого ответа, но гениальная интуиция подсказал ему, что мужчина наверху пожал плечами. Тим продолжал расспросы:

- А потом; а здесь?

- Посуетился у кареты для вида, подался в лес, залез на подходящее дерево, а там с ветки на ветку - и опустился на крышу. По-другому нельзя было, - оправдался он, - кругом дома понаставили часовых. Кое-что мне удалось услышать через дымоход, я понял, что вы теперь вроде за его высочество признаны, и моё дело - не высовываться, лежать себе.

- А потом явился руританский посол...

- И дальше вы знаете, сэр, - прекратил повествование Заккар.

Детектив не мог не воздать должного скромному мужеству молчаливого славонца.

- Вашей храбрости и присутствию духа стоит позавидовать.

Тот корректно и почтительно принял похвалу, наклонив голову и, как почудилось Тиму, скрыв усмешку.

- В детстве мы играли в лесных людей, так что подобные экзерсисы мне были не в новинку.

Англичанин согласился.

- Многое закладывается в детстве. Я и сам учился обращать внимание на незаметные следы, когда школьником читал рассказы об американских трапперах, Кожаном Чулке и других. Как сейчас помню: в прерии стоит обманчивая тишина, но герой прижимает ухо к земле и слышит звук погони...

- Неудивительно, сэр: в плотной среде скорость распространения звуковых волн выше. Удалось ему уйти от преследователей?

- Смешно - не удержалось в памяти, - с сожалением прищёлкнул языком Тим. - Выше, вы говорите?

И преспокойно шлёпнулся на лесную подстилку из травы и листьев, а поднялся с торжествующим видом.

- Слышно!

Заккар нескрываемо прыснул, отвернув лицо к плечу, его чеканный профиль ясно вырисовался на фоне языков пламени.

Вскоре топот копыт разнёсся и в воздухе; поляна озарилась факелами кавалерийского отряда в разномастном облачении, под командованием полковника Бросковица-Потусски. С ними прибыл секретарь премьер-министра. Едва спешившись, торопливо пожав руку детективу и отметив присутствие Заккара коротким кивком, он взволнованно спросил:

- Где же его высочество?

Сыщик изумился.

- Его тут и не было.

Фон Баркштейн онемел. С высоты седла беспокойно отозвался черноусый ротмистр.

- А тот пикет, который нам указал на ваш костёр, скакал сюда на выручку. Мы их обогнали, они вот-вот будут.

- Какой пикет? - ужаснулся секретарь князя.

- Который стоял до развилки...

- Не было там никого по плану. Это были они сами! - взорвался фон Баркштейн, и видно было, как трудно ему удержаться от непарламентских выражений.

- Не может быть, - попытался вступить в обсуждение полковник. - Они гово'или на чистейшем славонском.

- А на каком ещё? - устало отмахнулся взявший себя в руки дипломат. - Ребёнку ясно, что руританцы загребают жар руками местных антиобщественных элементов: никаких переходов через границу, будь то легальных или нелегальных, чтобы не привлекать внимание; знают местные условия и, понятно, недовольны существующим правительством. Что ваш пикет из себя представлял?

- Точно! - вдруг осенило ротмистра. - На самом деле принц был с ними. Я подозреваю, тот, с повязкой на глазу - ему и повязку надели нарочно.

- Да нет, они п'осто, как мы, были отозваны с маска'ада, - не мог поверить граф. - Тот худенький, 'ыженький во ф'аке так и сказал.

- Рыжий? Невысокий, зеленоглазый? Во фраке? - быстро уточнил детектив. - Он руританец.

- Эккерн! - простонал фон Баркштейн, закрывая лицо руками. - Нет бы мне поехать по той дороге!

Тягостную паузу прервал прямолинейный вопрос великого сыщика.

- А как вышло, что принц остался без надзора?

Секретарь премьер-министра, с выражением брезгливой безнадёжности на утомлённом лице, описал ситуацию кратко и сухо:

- Допраздновались.

Гусары виновато ели глазами начальство. Полковник попытался выдвинуть оправдания.

- Но ведь шло, как по маслу. Они напали, мы их тут же похватали, думали, всех.

- Они, как видно, решили иначе. Да ещё не просто избежали ареста, а схватили претендента, чтобы его спрятать, бедолагу, где-нибудь у себя в захолустье или даже в темнице, пока не созреет новый заговор.

- Жизнь его высочества в опасности! - вскричал полковник. - Впе'ёд, к 'у'итанской г'анице!

Отряд в мгновение ока выстроился для похода.

- Которой дорогой? - заволновались командиры колонн.

- Самой к'атчайшей!

Военную суету перекрыл ледяной голос фон Баркштейна.

- Эккерн слишком умён, чтобы пользоваться очевидными путями. Вы уже потягались с ним в сообразительности.

Всеобщее замешательство было ему ответом.

- Ах, если бы на ходу был мой аэроплан, - невольно вырвалось у Тима. - Когда рассветёт, можно было бы подняться и сверху проследить их маршрут. А он вышел из строя, какая жалость.

Бравые гусары не забивали себе голову преимуществами техники.

- На колонны 'азбейсь! - скомандовал граф. - Двинемся по 'азным до'огам. Фон Ба'кштейн, п'ошу вас занять пост в охотничьем доме и взять на себя 'уководство штабом. П'идаю вам пяте'ых человек. Слушай мою команду! Галопом ма'ш!

Гусарские разъезды ускакали.

Фон Баркштейн отдал распоряжение двигаться к домику. Заккар загасил костёр и испросил у мистера Коулмена дозволения отлучиться, чтобы переменить костюм. Получив разрешение и коня одного из гусар, он легко прыгнул в седло, лишь коснувшись ногой стремени, и пустился рысью. По дороге Тим вкратце поведал свои приключения, а секретарь церемониймейстера с вежливой настойчивостью всё уговаривал его тоже ехать отдохнуть. Но детектив не вправе оставить расследование, пока его помощь может понадобиться.

Тим вновь очутился в памятной зале. Расторопный ординарец поднял опрокинутую мебель и присоединился к товарищам в сенях. Фон Баркштейн прилёг было на софу, но вскоре встал, боясь уснуть, и подсел к Тиму за столик. Сыщик всё не поддавался на уговоры передохнуть и намекнул, что его любезный спутник устал, во всяком случае, не меньше. Дипломат сложил губы в приблизительное подобие светской улыбки, хрипло пробормотал что-то вроде "сочтёмся..." и окончательно смолк.

На какое-то время тишину рассеяли звон кандалов, и шуточки конвоиров, и скрип их поместительного фургона; когда он замер вдали, ватное облако безмолвия окутало уединённый приют.

Бесконечное ожидание наливало свинцом веки, давило на плечи. Ухо напряжённо ловило стук копыт среди назойливого щебетания птиц: светало. Но ничего не было слышно, кроме шумов рассветного леса.

Детектив внезапно поймал себя на том, что довольно давно смотрит на своего визави, устремившего внимательный взгляд в окно. Насыщенный день, бессонная ночь и груз забот отняли у молодого человека его суровую красоту: строгие черты лица заострились, глубоко сидящие глаза совсем ушли под тяжело нависшие брови, впалые щёки ввалились, в бледном предрассветном освещении смуглая кожа казалась землистой, морщины безжалостно перерезали лицо и худые руки. Но непреклонный дух держал в узде закалённой воли бренную оболочку. Так же пряма была осанка, широко раздвинуты плечи, гордо выдвинут вперёд резко очерченный подбородок, воинственно сжаты губы.

Тим в смущении наклонил голову, и в глаза ему бросились карты, несмотря ни на что симметрично лежавшие на столе.

- Пасьянс нашего гостеприимного хозяина, - показал он, усмехнувшись.

Фон Баркштейн очнулся.

- Я бы сказал, скорее гадание... В головах, в ногах, у сердца... Впрочем, не знаю. Эрминь разбирается в картах, как никто.

- Эрминь?..

- От "Арминий". Вы вроде сказали, что он представился.

- Вы так близко знакомы?

- И даже на "ты". Тут нечто большее, чем салонное знакомство. Мы старые противники. Я более чем уверен, что все антиславонские интриги Руритании - плоды его ума. У государственных старичков из их Министерского совета пороху не хватит.

- У вашего знакомого не менее высокое мнение о вас, - указал Тим на бубновую картинку.

Фон Баркштейн со значительным видом приподнял подбородок.

- Не часто получишь комплимент, что на тебе всё держится.

Он внимательно рассмотрел другие карты, порой понимающе кивая, и поднял одну.

- Вот он сам. Червонный рыцарь.

Цирковой жонглёр балансировал громадным сердцем на кончике бамбуковой трости. Изображённый со спины, он вывернул лицо на три четверти к зрителям и дразнился, корча рожу, - горела огненным цветом шевелюра, сверкали зелёные точки глаз.

- Он так себя видит? Занятие тоже не из простых.

- Он ни на что не смотрит серьёзно. "Цирк уехал, а клоуны остались"... - вздохнул секретарь и пояснил: - Любимая его фразочка, по всякому поводу пускает в ход.

- По крайней мере он похож на себя.

- Набил на автопортретах руку. Эрминь молниеносный, но очень точный рисовальщик, - с некоторой даже гордостью поделился фон Баркштейн.

- Не все рисунки можно назвать удачными, - сыщик привёл в доказательство гротескный профиль червонного короля.

- Ничего подобного, идеальное портретное сходство. Это уж природа постаралась.

- Разве что краски поярче, чем в природе, - съехидничал питомец туманного Альбиона.

- Можно сравнить. У самого Эрминя волосы ярко-рыжие, правда? Между прочим, это доказательство королевского происхождения. Когда ему сходит с рук то, что никому другому, все в голос утверждают: он напоминает её величеству покойного короля, её супруга и кузена, - славонец постучал ногтем по карте с портретом.

Потом непонятно отчего скривил губы.

- Скажем так, обоих её покойных кузенов, - и торопливо закончил: - Род Эккернов и вправду в многократном родстве с Эльфбергами.

Боясь, что и так наговорил лишнего, осторожный дипломат замолчал. Снова потянулась томительная тишина. Тим всего лишь подпёр отяжелевшую голову кулаком и прикрыл глаза от ярких лучей, но, к стыду своему, был разбужен - казалось, уже в следующий миг - когда явились от полковника с вестями.

Молодой щеголеватый адъютант, печатая шаг, приблизился к столу и на уставном расстоянии от начальника временного штаба щёлкнул каблуками с силой взведённого медвежьего капкана. Юноша изо всех сил тянулся в струнку и пытался предстать официально непроницаемым, но раздвигающая румяные щёки непроизвольная улыбка красноречиво заявляла о победе. Фон Баркштейн жёстко отмёл церемонии.

- Докладывайте.

- Его высочество благополучно возвращён!! - гаркнул военный и набрал ещё воздуху, выкатив грудь колесом.

- Тихо, тут не казарма, - рявкнул в ответ секретарь премьер-министра и, снизойдя, смягчил выговор: - Я разделяю ваш энтузиазм, но незачем так орать, я слышу прекрасно. Итак, вы настигли заговорщиков.

- К счастью, да. У речной заставы.

- Только у пограничной заставы? Действительно, счастье, что они не успели перебраться на ту сторону.

- Мы их увидели уже на мосту, - рапортовал адъютант внешне спокойно, но чуть не лопаясь от скрываемого сюрприза, как померещилось детективу.

- Этого ещё не хватало! - мгновенно отреагировал дипломат. - Военные действия за территорией государства! Вы хоть отдаёте себе отчёт, какие последуют осложнения? Кто отдал приказ? Отвечайте! Кто командовал соединением?

- Колонна была под началом полковника Бросковица-Потусски.

- С этой любовью он последние остатки ума растерял, - взъярился фон Баркштейн.

- Осмелюсь доложить, - ломил своё службист, - приказания о переходе границы отдано не было, и мы её не пересекали.

Какой эффект может произвести простая несообразность. Сыщик, грешным делом, подумал, не сошёл ли в одночасье с ума ревностный служака. Секретарь обхватил голову руками, как человек, готовый низвергнуться в пучины отчаяния, но усилием воли восстановил контроль над собой.

- Выражайтесь яснее, адъютант, - призвал он. - Вы - я имею в виду всю колонну - не переходили за шлагбаум?

- Никак нет.

- А его высочество находился по ту сторону?

- Точно так.

- Изложите своими словами, что произошло.

- Осмелюсь доложить, как раз, когда вся группа, верхами, гарцевала по мосту, в небе показался... - юноша подыскивал слово, - летательный аппарат.

- Аэроплан? - вставил Тим.

- Такой, с крыльями, - нашёлся офицер. - Оттуда бросили аркан, который очень ловко охватил его высочество поперёк персоны, по локтям. Потом он устремился на нашу сторону. На всех парах, - гордо употребил техницизм кавалерист. - Великого князя выдернуло из седла и понесло к нам. Его поймали - некоторых чуть не посшибало, но обошлось, а верёвку тот человек бросил.

- Кто это был? - воскликнул фон Баркштейн.

- Не могу знать.

- Откуда аэроплан? - разволновался великий сыщик.

- Не могу знать.

- По крайней мере куда он направился после... спасательной операции?

- В сторону столицы.

Детектив и дипломат переглянулись, сбитые с толку. Адъютант завершил реляцию.

- Господин полковник назначил сборный пункт всех частей здесь. Он тронется в путь, как только его высочество придёт в себя. Ему стало плохо, - замялся бывалый гусар, - как с перепою, знаете...

- Воздушная болезнь. Бывает, - успокоил Тим.

Прежней тишины как не было. В доме воцарилась радостная суматоха. Стали возвращаться рассеявшиеся по дорогам вояки, которым не посчастливилось встретить противника. Очевидец охрип, повторяя необыкновенный рассказ. Эскорт Виктория-Аврелиуса был встречен беспримерным взрывом ликования. Послали за подобающим экипажем и обмундированием.

Граф, от переживаний забыв ещё несколько согласных, тем не менее настоял на том, чтобы лично изложить историю загадочного спасения в последнюю минуту. Принца не выпускали из виду и не давали ему шагу ступить. Водили поить лошадей, проверяли упряжь. Шум возрос, когда прибыли посланцы из города, и гусары принялись прихорашиваться для церемониального марша. Детектив, как никогда, чувствовал себя лишним в общей суете.


(Продолжение)


Содержание    Пред. гл.

Copyright © 2008 deicu
Впервые опубликовано на сайте
A'propos в «Литературные забавы»: октябрь, 2008 г.

Обсудить на форуме

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба  www.apropospage.ru  без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004  apropospage.ru


            Rambler's Top100