Литературный клуб:


Мир литературы
− Классика, современность.
− Статьи, рецензии...

− О жизни и творчестве Джейн Остин
− О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл
− Уголок любовного романа.
− Литературный герой.
− Афоризмы.
Творческие забавы
− Романы. Повести.
− Сборники.
− Рассказы. Эссe.
Библиотека
− Джейн Остин,
− Элизабет Гaскелл.
Фандом
− Фанфики по романам Джейн Остин.
− Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
− Фанарт.


Архив форума
Гостевая книга
Форум
Наши ссылки

Пишите нам


Экранизации...

экранизация романа Джейн Остин
Первые впечатления, или некоторые заметки по поводу экранизаций романа Джейн Остин "Гордость и предубеждение"

«Самый совершенный роман Джейн Остин "Гордость и предубеждение" и, как утверждают, "лучший любовный роман всех времен и народов" впервые был экранизирован в 1938 году (для телевидения) и с того времени почти ни одно десятилетие не обходилось без его новых постановок...»

экранизация романа Джейн Остин
Как снимали
«Гордость и предубеждение»

«Я знаю, что бы мне хотелось снять — «Гордость и предубеждение», и снять как живую, новую историю о реальных людях. И хотя в книге рассказывается о многом, я бы сделала акцент на двух главных темах — сексуальном влечении и деньгах, как движущих силах сюжета...»

Всем сестрам по серьгам - кинорецензия: «Гордость и предубеждение». США, 1940 г.: «То, что этот фильм черно-белый, не помешал моему восторгу от него быть розовым...»


Впервые на русском
языке и только на Apropos:



Полное собрание «Ювенилии»

(ранние произведения Джейн Остин)

«"Ювенилии" Джейн Остен, как они известны нам, состоят из трех отдельных тетрадей (книжках для записей, вроде дневниковых). Названия на соответствующих тетрадях написаны почерком самой Джейн...»


Элизабет Гаскелл
Элизабет Гаскелл
«Север и Юг»

«Как и подозревала Маргарет, Эдит уснула. Она лежала, свернувшись на диване, в гостиной дома на Харли-стрит и выглядела прелестно в своем белом муслиновом платье с голубыми лентами...»

Перевод романа Элизабет Гаскелл «Север и Юг» - теперь в книжном варианте!
Покупайте!

Этот перевод романа - теперь в книжном варианте! Покупайте!


Элизабет Гаскелл
Жены и дочери

«Осборн в одиночестве пил кофе в гостиной и думал о состоянии своих дел. В своем роде он тоже был очень несчастлив. Осборн не совсем понимал, насколько сильно его отец стеснен в наличных средствах, сквайр никогда не говорил с ним на эту тему без того, чтобы не рассердиться...»



Дейзи Эшфорд
Малодые гости,
или План мистера Солтины

«Мистер Солтина был пожилой мущина 42 лет и аххотно приглашал людей в гости. У него гостила малодая барышня 17 лет Этель Монтикю. У мистера Солтины были темные короткие волосы к усам и бакинбардам очень черным и вьющимся...»


детектив в антураже начала XIX века, Россия
Переплет
-
детектив в антураже начала XIX века, Россия


Авантюрно-исторический роман времен правления Генриха VIII Тюдора
Гвоздь и подкова
-
Авантюрно-исторический роман времен правления Генриха VIII Тюдора


Водоворот
Водоворот
-
«1812 год. Они не знали, что встретившись, уже не смогут жить друг без друга...»




По-восточному

«— В сотый раз повторяю, что никогда не видела этого ти... человека... до того как села рядом с ним в самолете, не видела, — простонала я, со злостью чувствуя, как задрожал голос, а к глазам подступила соленая, готовая выплеснуться жалостливой слабостью, волна.
А как здорово все начиналось...»


Моя любовь - мой друг

«Время похоже на красочный сон после галлюциногенов. Вы видите его острые стрелки, которые, разрезая воздух, порхают над головой, выписывая замысловатые узоры, и ничего не можете поделать. Время неуловимо и неумолимо. А вы лишь наблюдатель. Созерцатель. Немой зритель. Совершенно очевидно одно - повезет лишь тому, кто сможет найти тонкую грань между сном и явью, между забвением и действительностью. Сможет приручить свое буйное сердце, укротить страстную натуру фантазии, овладеть ее свободой. И совершенно очевидно одно - мне никогда не суждено этого сделать...»


Пять мужчин

«Я лежу на теплом каменном парапете набережной, тень от платана прикрывает меня от нещадно палящего полуденного солнца, бриз шевелит листья, и тени от них скользят, ломаясь и перекрещиваясь, по лицу, отчего рябит в глазах и почему-то щекочет в носу...»


Жизнь в формате штрих-кода

«- Нет, это невозможно! Антон, ну и куда, скажи на милость, запропала опять твоя непоседа секретарша?! – с недовольным видом заглянула Маша в кабинет своего шефа...»



Детективные истории

Хроники Тинкертона - «O пропавшем колье»

«В Лондоне шел дождь, когда у дома номер четыре, что пристроился среди подобных ему на узкой улице Милфорд Лейн, остановился кабриолет, из которого вышел высокий грузный мужчина сумрачного вида. Джентльмен поправил цилиндр, повел плечами, бросил суровый взгляд на лакея, раскрывшего над ним зонт, и...»

Рассказы о мистере Киббле: Как мистер Киббл боролся с фауной

«Особенности моего недуга тягостны и мучительны, ведь заключаются они в слабости и беспомощности, в растерянности, кои свойственны людям, пренебрегающим делами своими и не спешащим к отправлению обязанностей...».


«Новогодниe (рождественские) истории»:

Рождественский переполох в Эссексе

«− Зачем нам омела, если все равно не с кем поцеловаться? − пробормотала Эми, вдруг вспомнив молодого джентльмена, который сегодня первым заехал в их коттедж. У него были очень красивые голубые глаза, весьма приятные черты лица и явно светские манеры. И еще он был на редкость обаятельным... Она вздохнула и быстро прошла мимо дуба, стараясь выкинуть из головы все мысли о молодых людях, с которыми было бы так приятно оказаться под омелой на Рождество...»


Новогодняя история

«...устроилась поудобнее на заднем сидении, предвкушая поездку по вечернему Нижнему Новгороду. Она расстегнула куртку и похолодела: сумочки на ремне, в которой она везла деньги, не было… Полторы тысячи баксов на новогодние покупки, причем половина из них − чужие.  «Господи, какой ужас! Где она? Когда я могла снять сумку?» − Стойте, остановитесь! − закричала она водителю...»

Метель в пути, или
Немецко-польский
экзерсис на шпионской почве

«В эти декабрьские дни 1811 года Вестхоф выхлопотал себе служебную поездку в Литву не столько по надобности министерства, сколько по указанию, тайно полученному из Франции: наладить в Вильне работу агентурных служб в связи с дислокацией там Первой Западной российской армии. По прибытии на место ему следовало встретиться с неким Казимиром Пржанским, возглавляющим виленскую сеть, выслушать его отчет, отдать необходимые распоряжения и самолично проследить за их исполнением...»

Башмачок

«- Что за черт?! - Муравский едва успел перехватить на лету какой-то предмет, запущенный прямо ему в лицо.
- Какого черта?! – разозлившись, опять выругался он, при слабом лунном свете пытаясь рассмотреть пойманную вещь. Ботинок! Маленький, явно женский, из мягкой кожи... Муравский оценивающе взвесил его на руке. Легкий. Попади он в цель, удар не нанес бы ему ощутимого вреда, но все равно как-то не очень приятно получить по лицу ботинком. Ни с того, ни с сего...»


 

 

Fan fiction

Джей Ти

Возвращение

Начало      Пред. глава

       Глава 7

Утро следующего дня выдалось погожим и солнечным. Несмотря на волнения и наполненный событиями вчерашний день, Маргарет проснулась очень рано. Сквозь занавески окон проглядывали солнечные лучи, придавая всей комнате более радостный вид. А солнечные зайчики, отражаясь от зеркала, создавали на потолке веселую игру света и тени. Маргарет улыбнулась – солнечный день был предзнаменованием удачи. Вчера вечером, вернувшись от Хиггинсов, она почувствовала себя настолько усталой, что сил хватило только для того, чтобы раздеться и лечь спать. Думать ни о чем не хотелось. Едва ее голова коснулась подушки, как она тут же провалилась в глубокий сон без сновидений. Тем не менее, проснувшись, этим утром она почувствовала себя бодрой и отдохнувшей. В ее сердце вновь поселилась надежда, которую, как ей казалось, она утратила после неудавшегося разговора с мистером Торнтоном. Благодаря Николасу, она вновь почувствовала в себе силы и решимость, она будто получила от него заряд бодрости и сил.
   Сегодня ей предстояло сделать очень многое, поэтому, решив не тратить времени даром, Маргарет оделась, сожалея, что рядом нет Диксон, чтобы помочь ей. И все же, она надеялась, что ее преданная служанка не замедлит приехать к ней и остаться здесь, в Милтоне, пока Маргарет не решит все свои дела. Насколько ей здесь придется задержаться, она не знала. И жить в гостинице, даже имея деньги, - не самый лучший вариант. Поэтому придется снять небольшой дом, где бы они с Диксон могли чувствовать себя свободно и уютно. Всю свою жизнь ведя скромный образ жизни, Маргарет только теперь начала понимать, насколько можно чувствовать себя независимой, имея на счету в банке солидную сумму. Не нужно думать о завтрашнем дне, скрупулезно подсчитывая оставшиеся пенни и экономя на всем. При всем при этом, она не стала расточительной, по-прежнему была очень скромной в своих расходах, но, когда деньги требовались для дела, она не скупилась.
   В размышлениях о предстоящих делах, Маргарет позавтракала и, не тратя лишней минуты на сборы, вышла из отеля.
   Несмотря на ранний час, на улицах было очень оживленно. Все спешили по своим делам. Лавочники открывали свои лавки, бродячие торговцы катили перед собой тележки со всевозможными товарами и, перекрикивая друг друга, пытались привлечь покупателей. Взад и вперед сновали экипажи, всадники верхом на лошадях пытались разъехаться на не слишком широких улицах. Город проснулся и начал жить своей обычной деловой жизнью.
   Маргарет шла бодро и легко, наслаждаясь прекрасным утром и суетой города. Ее путь лежал в центр, на Мэйн-стрит, одну из главных и больших улиц города, где располагались прекрасные магазины, адвокатские конторы, стояли роскошные особняки промышленников и банкиров – самых богатых и известных людей города.
   Банк мистера Латимера выделялся среди остальных зданий. Это было массивный двухэтажный дом из камня, огороженный высокой чугунной решеткой. К центральному входу вели две широкие лестницы с чугунными витыми перилами. Огромные дубовые двери, как верные стражи, защищали вход в этот дом. Маргарет не без труда открыла дверь и, войдя, оказалась в просторном светлом холле. Возле стен стояли кадки с зелеными растениями и несколько кресел, предназначенные для посетителей. Пройдя дальше, она оказалась в другом, таком же большом зале, вдоль стен которого стояли конторки, за которыми сидели банковские служащие. Каждый из них был занят каким-то делом: кто-то писал, кто-то считал или взвешивал золото. Перед каждым из них стоял небольшой прилавок из темно-красного дерева, маленький столик и весы. В столь ранний час в банке было несколько посетителей, пришедших по своим финансовым делам.
   К Маргарет подошел строго одетый джентльмен средних лет и, слегка поклонившись, произнес:
   − Добрый день, мэм. Мое имя – Картрайт, я помощник мистера Латимера. Чем могу быть полезен?
   Маргарет поклонилась в ответ и сказала:
   − Добрый день, мистер Картрайт. Меня зовут Маргарет Хейл. Я бы хотела лично встретиться с мистером Латимером.
   − Позвольте поинтересоваться, по какому делу?
   − Я новая владелица фабрики Мальборо, - ответила она. – И хотела бы поговорить с мистером Латимером по вопросу долга.
   − Прошу вас, мисс Хейл, - мистер Картрайт указал на дверь в глубине зала. - Я провожу вас в кабинет мистера Латимера и доложу ему о вас.
   Маргарет в сопровождении мистера Картрайта прошла к указанной двери. Помощник мистера Латимера распахнул перед ней дверь, и она вошла в небольшой, но очень уютный кабинет. Стены его были обиты дубовыми панелями. На окнах висели бархатные портьеры красно-коричневого цвета, отороченные золотой бахромой. Мебель была из драгоценных пород дерева, стулья были обиты бархатом того же цвета, что и портьеры. На столе стояло несколько безделушек с Востока. Слева от двери располагался камин с массивной мраморной полкой, на которой стояли часы, украшенные позолотой. Справа – большой книжный в шкаф, на его полках стояли книги, и лежало много бумаг. Говорят, что по рабочему кабинету можно судить о его хозяине. И Маргарет невольно пришло на ум сравнение со скромной обстановкой кабинета мистера Торнтона на фабрике Мальборо. В его кабинете не было ничего лишнего, и столь скромная, даже аскетичная, обстановка говорила о характере самого мистера Торнтона – таком же деловитом, практичном и твердом. Маргарет никогда не видела Джона Торнтона за работой в кабинете – во время ее визитов на фабрику он то находился в цеху, то следил за работами во дворе фабрики – но она могла представить, что любая другая обстановка, более роскошная и более уютная не подошла бы для него. Как если бы самый простой в исполнении набросок художника, в который он вложил свою душу и наполнил его внутренним смыслом, поместили в дорогую и золоченую раму, скрывшую все его достоинства.
   Мистера Латимера в кабинете не было. Видимо, в столь ранний час, он еще находился дома. Его особняк стоял по соседству со зданием банка, что было весьма удобно и практично.
   Маргарет пришлось подождать всего несколько минут, как дверь отворилась, и в кабинет вошел мистер Латимер. Увидев посетительницу, он улыбнулся и протянул ей руку:
   − Мисс Хейл, очень рад вас снова видеть. Простите, что заставил вас ждать. Семейные дела, видите ли…
   − Добрый день, мистер Латимер, - Маргарет пожала ему руку в ответ и улыбнулась, - простите, что пришлось потревожить вас в столь ранний час, но мое дело не терпит отлагательств.
   − Ну что вы, мисс Хейл, я всегда рад, когда меня отрывают от дела столь прекрасные леди. Но прошу вас, присаживайтесь, - он указал на ближайший к Маргарет стул.
   − Благодарю, - ответила Маргарет и села. Мистер Латимер прошел к своему рабочему месту и тоже сел.
   Маргарет до сих пор не приходилось заниматься подобными делами и вести деловые разговоры, она даже не представляла, с чего начинать. В Лондоне с ней всегда был рядом Генри Леннокс, и она не чувствовала себя в столь затруднительном положении, как сейчас. Под заинтересованным взглядом мистера Латимера она решила начать с самого главного. Все ее поступки должны оставаться в тайне, только при таком условии ее план мог привести к успеху.
   − Мистер Латимер, меня привело к вам очень важное и деликатное дело. И мне бы хотелось, чтобы наш разговор остался строго конфиденциальным, - решительно произнесла Маргарет, своим тоном показывая, что при другом условии их разговор может не состояться.
   − Разумеется, мисс Хейл, - заверил он. – Можете на меня положиться. Но что это за дело?
   − Мистер Белл оставил мне свое состояние, и я стала владелицей фабрики Мальборо…
   − Наслышан, наслышан… Что ж, поздравляю, в столь юном возрасте стать обладательницей такого состояния… - увидев смущение на лице Маргарет, он поспешил добавить: - Не удивляйтесь, мистер Белл был клиентом моего банка и моим добрым знакомым. Поэтому вы, как наследница его состояния, тоже можете рассчитывать на мою помощь и поддержку.
   − Благодарю вас, мистер Латимер. И как владелица фабрики Мальборо, я бы хотела узнать, как обстоят дела у моего подрядчика…мистера Торнтона, - произнося это имя, Маргарет чуть запнулась, и ее голос дрогнул, но банкир ничего не заметил. – Насколько мне известно, он брал кредит именно в вашем банке.
   − Видите ли, мисс Хейл, - мистер Латимер замолчал, словно бы обдумывая свои слова, - как бы я ни уважал мистера Торнтона, я не в силах ничего для него сделать, - он развел руками. – Взяв кредит на усовершенствование машин в те времена, когда фабрика вовсю процветала, он рассчитывал, что сможет его отдать. Но, как вы помните, произошла та самая забастовка рабочих, в результате которой он понес некоторые убытки. И все бы ничего, но конкуренция заставила его брать большое количество заказов, и при этом продавать продукцию по более низкой цене, чем прежде. В результате, они просто не справились с таким количеством заказов, - банкир несколько раз кивнул головой, как будто сочувствуя. – А то, что им удалось продать, не покрыло издержки. Он потерял заказчиков, а на выручку, полученную с продажи, еле-еле расплатился с рабочими. Откуда же ему было взять деньги, чтобы вернуть долг банку…
   Маргарет слушала его молча, не в силах проронить ни слова. Она как будто вернулась на несколько месяцев назад и заново переживала все эти события, приведшие к закрытию фабрики. Ее поразило, что, несмотря на все трудности и собственное разорение, Торнтон не оставил рабочих без жалования. Поистине, ни один из Милтонских хозяев не был способен на такой поступок. И Маргарет в очередной раз пожалела, что когда-то обвиняла его в жестоком обращении с рабочими.
   − И сколько составляет долг мистера Торнтона? – спросила она, стараясь скрыть волнение в голосе.
   Мистер Латимер покопался в бумагах на своем столе, открыл какие-то документы и произнес:
   − Мистер Торнтон брал в долг 400 фунтов, плюс проценты за несвоевременные выплаты…итого… 435 фунтов.
   Маргарет едва не вскрикнула – для мистера Торнтона сумма была огромной.
   − И что теперь будет? – проглотив ком в горле, спросила она.
   − Банк в счет погашения долга забирает дом Торнтонов. Это единственное, что принадлежит им. Дом выставят на аукцион, и он будет продан.
   Слова мистера Латимера так поразили Маргарет, что она не нашлась, что ответить. В доме, которым так гордилась миссис Торнтон, который был символом благополучия их семьи, будет жить другой человек! Эта мысль показалась столь нелепой, что Маргарет вздрогнула. Торнтоны потеряли все, что у них было – положение, фабрику, а теперь еще и дом. Это означало полный крах всех надежд и чаяний. Только сейчас она увидела всю трагичность их положения. Второй раз выбраться из той ямы, в которой их снова кинула судьба, было в сотни, в тысячи раз тяжелее. Мистер Латимер, заметив, как она побледнела, сказал:
   − Это обычная процедура, мисс Хейл. Если человек не может расплатиться с долгом, банк забирает его имущество. Если у него нет никакого имущества, ему грозит долговая тюрьма. Поверьте, мы много раз откладывали это решение, давая мистеру Торнтону не один шанс, но… - он развел руками, - на этот раз даже слово самого мистера Торнтона ничего уже не значит. К сожалению, все обстоятельства – против него.
   − И вы так спокойно говорите об этом! – воскликнула она, поражаясь этому спокойному тону, как будто речь шла не о живом человеке, а о вещи. – Но вы же давно знаете мистера Торнтона, - пылко сказала Маргарет. – И знаете его как джентльмена, человека порядочного и ответственного за свои слова. Вы знаете, что его положение, его репутация, которую он заработал своим собственным трудом, говорит только в его пользу, и может послужить самой лучшей гарантией его слову.
   Маргарет уже не волновало то, как ее слова могут быть восприняты со стороны. Она заботилась только о том, чтобы восстановить справедливость . Ее глаза блестели, щеки раскраснелись.
   − Вы правы, - ответил банкир, немного смущенный ее тоном. – Но прислушайтесь к голосу разума, который говорит мне, что мистеру Торнтону просто неоткуда взять денег. А слово человека, у которого нет ни гроша за душой, ничего не значит. Простите мне мою прямоту, мисс Хейл. Вы – женщина, привыкли полагаться на чувство, а я имею дело с деньгами, и привык руководствоваться разумом.
   Маргарет молчала. В этом жестоком деловом мире действовал, прежде всего, принцип – каждый сам за себя. Ни один из друзей, если это только не твой самый преданный и верный друг, при твоем падении не протянет тебе руку помощи. В делах все руководствуются только холодным расчетом, забывая о христианском долге – помощи ближнему. Сострадание за ненадобностью было отброшено, как помеха в делах.
   − Мистер Латимер, а если за него сможет поручиться человек, у которого есть деньги? – спросила Маргарет более твердым голосом. Волнение, которое она испытывала поначалу, словно улетучилось, а на смену ему пришла уверенность. Она даже воспряла духом, чувствуя, как будто кто-то незримый вкладывает слова в ее уста.
   Банкир внимательно посмотрел на нее и ответил:
   − Ну, тогда, я думаю, мы могли бы оставить дом мистеру Торнтону при условии, что через месяц – я не могу дать больше времени – он вернет долг банку. В противном случае, его поручитель вынужден будет заплатить всю сумму долга за него, и поверьте, к тому времени сумма окажется намного больше, чем сейчас.
   − Тогда, мистер Латимер, - Маргарет победно улыбнулась – эту партию она выиграла, - я ручаюсь, что через месяц мистер Торнтон вернет вам долг, и вам не придется лишать его дома. Надеюсь, что моему слову, которое подкреплено тем, что часть моих денег лежит в вашем банке, вы верите?
   Банкир был несколько удивлен ее решимостью, которую не ожидал увидеть у столь молодой девушки. Но значительная сумма, которую хранил мистер Белл, а теперь и мисс Хейл в его банке, гарантировала благоприятный исход при любом развитии событий. Этого он не мог не признать. Смущало только одно, почему мисс Хейл так заботилась о том, чтобы мистер Торнтон выплатил долг?
   − Да, без сомнения, - ответил мистер Латимер, немного помолчав, в последний раз взвешивая все «за» и «против». – Я хотел бы дать вам совет, мисс Хейл, как человек с многолетним опытом. Обдумайте еще раз свое решение, ведь в сложившейся ситуации вы можете лишиться большой суммы, если мистер Торнтон не сможет к указанному сроку найти денег. И скажу вам прямо, я не уверен, что это у него получится – фабрика не работает, рабочих у него нет, заказов – тоже. Да и вряд ли кто-то захочет иметь дело с разорившимся фабрикантом.
   − Спасибо за совет, мистер Латимер, - сухо поблагодарила Маргарет. – Но я вольна распоряжаться своими деньгами по своему усмотрению. Я более чем уверена в мистере Торнтоне, зная его, как решительного, твердого и настойчивого в достижении своей цели человека. Вы правы, положение, в котором он оказался, - очень тяжелое, но я думаю, что есть люди, которые так же, как я могут доверять мистеру Торнтону.
   Банкир слушал ее молча и только смотрел внимательно, едва кивая головой. Маргарет продолжила:
   − И последний аргумент, думаю, что он вас больше устроит, чем все мои предыдущие слова, - я не хочу, чтобы на территории моей фабрики жили посторонние. Если этот дом купят чужие люди, это повлечет за собой множество перемен на фабрике, а мне бы не хотелось ничего менять.
   − Это ваше право, мисс Хейл, - согласился мистер Латимер, хотя в душе он по-прежнему сомневался в благополучном исходе дела для мистера Торнтона.
   − И еще, мистер Латимер, я хотела бы попросить вас соблюдать конфиденциальность. Мистеру Торнтону не обязательно знать, что именно я вызвалась быть его поручителем, - она выразительно посмотрела на собеседника.
   − Разумеется, мисс Хейл. Я гарантирую, что наш разговор останется между нами. Но мне придется сообщить мистеру Торнтону об отсрочке…
   − Вы могли бы это сделать, не упоминая моего имени? – спросила она.
   − Думаю, что да… - он немного помолчал, что-то обдумывая. – Вас устроит, если я ему просто сообщу, что банк решил пойти ему на встречу и отложить выплату на месяц?
   − Вполне, - ответила Маргарет, вставая. Банкир тоже встал. – И попрошу вас это сделать как можно быстрее. Не стоит оставлять семью Торнтонов в неведении. Благодарю вас за помощь, мистер Латимер, - она протянула ему руку для пожатия. Мистер Латимер в ответ протянул свою и легко пожал руку Маргарет.
   В этот момент раздался легкий стук в дверь, она отворилась, и в комнату вошла мисс Латимер.
   − О, папа, прости, я не знала, что у тебя посетительница, - с ходу защебетала она, проходя к отцовскому столу.
   − Мисс Хейл, вы знакомы с моей дочерью Энн? – спросил мистер Латимер.
   − Да, конечно, - ответила Маргарет и легким наклоном головы поприветствовала девушку. – Мисс Латимер. Как поживаете?
   − Мисс Хейл, - слегка растерянно произнесла мисс Латимер, так как менее всего ожидала увидеть в кабинете отца Маргарет Хейл. Она слышала из разговоров отца с его коллегами, что мисс Хейл стала наследницей большого состояния, увеличившегося благодаря последнему вложению денег мистера Белла в спекуляцию мистера Уотсона. Но она не думала, что Маргарет вернется в Милтон.– Спасибо, хорошо. Извините, что помешала вам. Я только на минутку, папа. Сегодня утром принесли приглашение – через две недели в Милтон Холле состоится ежегодный прием в честь открытия первой мануфактуры. Вы там будете, мисс Хейл? Там будут первые люди города и все промышленники и владельцы фабрик.
   − Право, не знаю, - Маргарет была удивлена. – Боюсь, что я еще не получала приглашения.
   − О, это несложно устроить, - мисс Латимер взмахнула приглашением, которое держала в руке. – Вам непременно нужно там побывать, мисс Хейл, как новой владелице фабрики Мальборо. К сожалению, после своего разорения и потери репутации, мистер Торнтон вряд ли будет туда приглашен, - мисс Латимер наигранно вздохнула и изобразила на лице сожаление.
   − Мне странно это от вас слышать, мисс Латимер, - заметила Маргарет, до глубины души возмущенная тоном девушки. Маргарет не могла забыть, как мисс Латимер всячески пыталась привлечь к себе внимание мистера Торнтона в те времена, когда он был еще преуспевающим промышленником. И только слепой мог этого не заметить. Да и сам мистер Латимер как-то в разговоре недвусмысленно намекнул, что Торнтона будут рады видеть мужем его дочери. – Насколько я помню, мистер Торнтон считался другом вашей семьи, когда он был богат и занимал высокое положение в Милтоне.
   − Вы правы, мисс Хейл, - ответил за дочь мистер Латимер, Энн поджала губы, уязвленная прямотой мисс Хейл. – Мы и не отказываемся от этого. Энн просто высказала всеобщее мнение. К сожалению, в нашем обществе не чествуют неудачников.
   − Неудачников! – Маргарет была возмущена. – Вы называете мистера Торнтона неудачником!? Его, который добился в этой жизни всего своими собственными силами! Сам достиг своего положения и уважения не только в Милтоне, но и за его пределами! И вам, мистер Латимер, это должно быть известно, как никому другому! – голос Маргарет, в котором так явственно чувствовалось возмущение, дрогнул от волнения. Она замолчала и опустила глаза, пытаясь справиться с охватившим ее волнением. Мистер Латимер и его дочь молча смотрели на нее, пораженные силой ее тона, настойчивостью и прямотой. Маргарет глубоко вздохнула и уже спокойней произнесла: - И это не его вина, что судьба уготовила ему очередное испытание. Но я надеюсь, что Бог даст ему силы справиться с этим испытанием, - она прямо посмотрела на отца и дочь.
   − Я буду рад, если мистеру Торнтону это удастся, - ответил мистер Латимер, внимательно посмотрел на Маргарет, в его взгляде мелькнула какая-то догадка, но тут же пропала. Мисс Латимер нахмурила брови и, быстро взглянув на мисс Хейл, опустила глаза. Ей не понравился тон, каким Маргарет защищала Торнтона. Обычная девушка не посмела бы так открыто высказываться о мужчине в присутствии людей, с которыми была едва знакома. Но Маргарет была не такой, как все – она постоянно привлекала всеобщее внимание своими поступками. И если бы не слухи, которые ходили о мисс Хейл, что ее видели в обществе неизвестного мужчины поздно вечером, Энн бы подумала, что мисс Хейл неравнодушна к мистеру Торнтону. Отметя такую догадку, как нелепую, она, тем не менее, все еще ощущала в душе непонятное и неприятное чувство, поселившееся там после слов Маргарет. Мисс Латимер не то, чтобы была влюблена в мистера Торнтона, но она не прочь была бы оказаться миссис Торнтон – партия во всех отношениях была превосходная – состоятельный промышленник и мировой судья. Ее отец не раз намекал, что не прочь был видеть дочь замужем за мистером Торнтоном и жаловался на то, что придется тратиться на свадьбу, только перед знакомыми, дабы придать всей ситуации еще больше веса и значимости.
   − Благодарю вас, мистер Латимер, - вежливо ответила Маргарет, сожалея о своей несдержанности, хотя в душе она осознавала, что не смогла бы поступить иначе. – Я надеюсь, что наш договор останется в силе. Мисс Латимер, рада была вас увидеть, - Маргарет едва ей кивнула. – Я вынуждена попрощаться, у меня назначена другая встреча.
   − Доброго дня, мисс Хейл. Можете не волноваться, наш договор остается в силе, я сообщу вам, как только появятся какие-то изменения, - мистер Латимер поклонился, прощаясь с ней.
   − Всего доброго, - холодно ответила Энн Латимер и коротко кивнула.
   Маргарет, не медля ни секунды, вышла из кабинета. Латимеры остались одни.
   − Папа, - спросила Энн нетерпеливо, - зачем она приходила? Было странно увидеть ее здесь. Приехать из Лондона в Милтон! Не понимаю! – она недовольно фыркнула.
   − У нее есть здесь некоторые дела, как у новой владелицы фабрики Мальборо, - уклончиво ответил мистер Латимер. Ему не хотелось разглашать их разговор с мисс Хейл – он знал, насколько его дочь любит поболтать со своими подругами, и ненароком может рассказать то, о чем следует молчать.
   − Тебе не показалось странным, что она так рьяно защищала мистера Торнтона? – спросила мисс Латимер напрямую. Ей просто необходимо было разрешить эту загадку – опровергнуть или подтвердить свои сомнения о привязанности мисс Хейл. – Так явно выставлять напоказ свои чувства...
   − С одной стороны, все ее доводы разумны, и ее можно понять, ведь мистер Торнтон был другом ее отца. Но с другой стороны, не думаю, что мисс Хейл посмотрит на мистера Торнтона в его положении. Она – владелица фабрики Мальборо и огромного состояния. Не думаю, что Джон Торнтон устроит ее как муж – слишком неравный брак получился бы, - задумчиво ответил мистер Латимер.
   − Ты так думаешь? – переспросила Энн. Ответ отца ее не удовлетворил, придется искать подтверждения из других источников. И кто, как не миссис Фанни Уотсон, сможет ей в этом помочь. Энн решила навестить подругу сразу после того, как обсудит с отцом некоторые вопросы подготовки к предстоящему приему в Милтон Холле.


       Глава 8

Маргарет шла по улице, желая только оказаться где-нибудь в тишине и покое, подальше от этого шума и суеты улиц, которым так радовалась утром. Появление мисс Латимер омрачило всю радость, которую она испытала, договорившись с мистером Латимером об отсрочке долга. После разговора с дочерью банкира на душе остался неприятный осадок – смесь обиды, разочарования и боли. Маргарет казалось, что все слова в адрес мистера Торнтона относились к ней. Будто это ее, а не его, презирали и считали недостойной своего внимания. Она не могла понять, как эти люди, которые когда-то считали честью быть знакомыми с мистером Торнтоном, сейчас отвернулись от него только потому, что ему меньше повезло, чем другим, что, будучи человеком принципиальным, он отказался участвовать в спекуляции, и стал для них «неудачником».
   Маргарет вспомнила, что когда-то любила гулять за городом, где на пологом холме располагалось городское кладбище. Старые каменные кресты и надгробия, покосившиеся от времени, десятилетиями омываемые дождями, иссушаемые солнцем и ветрами, были немыми свидетелями людского горя, человеческой скорби и отчаяния. Маргарет любила приходить сюда. Тишину и умиротворение этого старого кладбища редко нарушали посторонние звуки. Лишь только ветер играл между надгробиями и крестами, да птицы залетали сюда, словно для того, чтобы передохнуть и снова лететь дальше.
   Миссис Хейл похоронили здесь. Ее могила была расположена на южной стороне холма, согреваемой солнечными лучами и закрытой от холодных северных ветров. После смерти матери Маргарет часто приходила сюда, весной приносила на ее могилу живые цветы, которые собирала там же, по дороге. Они напоминали ей Хелстон, хотя и не были такими яркими и душистыми, как южные цветы. Мистер Хейл редко приходил на могилу жены, он не мог выносить вида серой могильной плиты, которая навеки скрыла от него его дорогую Марию. Маргарет приходила одна, но в те дни она не чувствовала себя одинокой, с ней были ее мысли и чувства. Здесь она могла позволить себе быть слабой – выплакать боль и отчаяние – для того, чтобы снова стать сильной и выносливой.
   По холму вилась узкая тропинка, постепенно поднимаясь вверх, и обрывалась на самой вершине. По обеим сторонам тропинки то тут, то там одиноко росли невысокие кустики тысячелистника, простирая к солнцу свои перистые листочки. Рядом белели нежные цветы нивяника, желтели зверобой и лютик. Маргаритки, словно легкие и пушистые облачка, опустились с неба на зеленую траву. Маргарет сорвала несколько цветков и, закрыв глаза, вдохнула их пряный аромат. Она словно на мгновение перенеслась в далекий Хелстон, окунулась в запах его разнотравья, почувствовала тепло южного солнца. Открыв глаза, она огляделась по сторонам, с грустью взглянула на цветы и продолжила путь.
   Чем выше поднималась Маргарет к вершине, тем сильнее становился ветер. Несмотря на довольно теплую погоду, здесь было прохладно. Маргарет поплотнее закуталась в шаль и, придерживая одной рукой шляпку, стала подниматься наверх. Поднявшись на вершину холма, она была удивлена, увидев маленькую девочку, сидящую возле одной из могил. Маргарет сняла шляпку – ветер был настолько сильным, что норовил сорвать ее с головы. Услышав шум за спиной, девочка обернулась и поднялась, быстро утерев кулачком слезы. На вид ей можно было дать лет десять. Ее длинные, почти черные волосы развевались на ветру, подвязанные надо лбом тонкой ленточкой. На ней было надето чистое ситцевое платье, потерявшее свой первоначальный цвет из-за многочисленных стирок. Поверх платья был повязан фартук, из кармана которого выглядывал край белого платочка, на ногах - старенькие стоптанные ботинки, видимо доставшиеся ей от матери или от старшей сестры, потому что они были ей явно велики. Все это Маргарет заметила за те несколько секунд, пока они стояли и рассматривали друг друга, удивляясь тому, что оказались здесь вместе. Девочка с интересом смотрела на Маргарет своими чистыми, словно небо в ясный день, голубыми глазами. Она Она слегка улыбнулась и смело сказала:
   − Здравствуйте, мисс, а я вас помню.
   − Здравствуй, - ответила Маргарет, подходя к ней ближе. – Но я тебя не знаю. Как тебя зовут?
   − Дженни, - ответила девочка звонким голосом. – Я видела вас на фабрике.
   − На фабрике Мальборо? – удивилась Маргарет.
   − Ну да, - ответила Дженни, как будто это было очевидно, что не стоило спрашивать. Но, заметив, недоумение в глазах собеседницы, она добавила: - Во время бунта. Вы были там вместе с хозяином. Я видела в окошко. Вы – смелая, не испугались этих людей. А мы сидели взаперти в цеху – хозяин нас закрыл – и дрожали, как осиновые листья. Было очень страшно.
   − Так ты из тех ирландцев, которых мистер Торнтон привез на фабрику? - догадалась Маргарет. «Как странно, - подумала она, - эта маленькая девочка будто вышла из прошлого, чтобы напомнить мне, что в тот самый день я будто стала частью этой фабрики. Что теперь моя жизнь будет неразрывно с ней связана…»
   − Ну да, - голос Дженни вывел Маргарет из задумчивости. – Мы приехали с отцом из Ирландии…
   − А где твоя мама? – она присела, чтобы было удобнее разговаривать с девочкой.
   − Моя мама умерла давно, - тихо ответила Дженни, опустив голову, - еще в Ирландии. А здесь умер мой папа, - она вытерла кулачком навернувшиеся на глаза слезы и всхлипнула. – Вот его могила…Я часто прихожу сюда…
   Маргарет почувствовала, как к горлу подкатил комок, а глаза вдруг обожгла горячая влага. Они были похожи с Дженни – обе были одиноки, лишившись родителей. И находясь здесь, на вершине холма, с которого открывался вид на расположенный в низине город, Маргарет еще сильнее почувствовала свое одиночество. Ей вдруг показалось, будто весь мир отдалился от нее, а она сама стоит на высокой скале, не в силах преодолеть эту пропасть, что отделяет ее от остального мира. И нет никого рядом, чтобы ее утешить. Она поднялась и подставила лицо навстречу ветру, будто он мог осушить все слезы отчаяния и боли, наполнявшие ее сердце, развеять все неприятные мысли. Дженни невольно залюбовалась высокой, грациозной фигурой Маргарет. Ветер играл с подолом ее юбки, развевая ее, словно крылья птицы, для того, чтобы наполнить их своей силой и поднять в воздух. Несколько локонов выбились из аккуратной прически и теперь нежно ласкали ее лоб и щеки. Глаза были закрыты, ресницы чуть подрагивали, а на них серебристыми капельками блестели слезы.
   − Вы очень красивая, - вдруг сказала Дженни, потрясенная этим видением. Ей показалось, что Маргарет – принцесса из той самой сказки, что ей когда-то рассказывала мама. – Такая же красивая, как хозяин…
   Маргарет открыла глаза и с удивлением посмотрела на девочку. Легкая улыбка осветила ее лицо, а на щеках появился румянец:
   − Тебе нравится мистер Торнтон? – спросила Маргарет, стараясь придать лицу серьезное выражение. Невольно хотелось улыбнуться – было забавно слышать от Дженни подобное утверждение.
   − Очень, - простодушно ответила девочка. – Он смелый, сильный и заботливый. Не такой, как все остальные хозяева. Я знаю, я слышала, как наши рабочие говорили о нем после того страшного дня. Ни один из хозяев не пришел бы нас успокоить, а он накормил нас, успокоил и нашел нам священника…
   Маргарет слушала, не перебивая. Слова Дженни стали откровением, снизошедшим на нее после долгого блуждания в темноте и неопределенности. До сих пор в ее сердце тлели лишь малые искорки осознания и предчувствия того самого большого и всепоглощающего чувства, но теперь они вспыхнули, словно огромный костер, согревая все вокруг, наделяя уверенностью и надеждой. Ей вдруг показалось, что ветер утих – она не чувствовала больше этого пронизывающего холода одиночества и отчаяния. Ее сердце затрепетало при одной мысли о нем. Оно заставляло кровь быстрее бежать по венам, разнося и наполняя теплом и какой-то живительной силой каждую клеточку ее тела. «Джон» - шепотом произнесла Маргарет, не осознавая, что это имя слетело с ее губ.
   − ...а еще он отдал мне свой платок, - продолжала рассказывать Дженни. – Я тогда сильно плакала, когда увидела, как вы упали и лежали, словно мертвая. А хозяин склонился над вами и стал белее снега. Я все видела, я плакала, но не могла отвести глаз, а руки у него дрожали, когда он хотел до вас коснуться, но так и не смог. Я долго не могла успокоиться, все плакала. А потом пришел мистер Торнтон и успокоил всех нас. А мне он дал свой платок и сказал, чтобы я не плакала и вытерла слезы, что все уже закончилось, - Дженни достала из кармана фартука платок и протянула его Маргарет. – Вот он, я всегда ношу его с собой.
   Маргарет, словно драгоценность, осторожно взяла платок. В уголке заботливой рукой миссис Торнтон были вышиты инициалы «Дж. Т.». Буквы витиевато переплетались, образуя причудливый рисунок. Маргарет легко провела пальцем по буквам, почувствовав их выпуклость на тонкой белоснежной материи.
   − Я очень берегу его, - заметила Дженни. Маргарет вернула ей платок и проследила взглядом, как та бережно спрятала его к себе в карман. – Как бы мне хотелось поскорее вырасти…- вздохнула девочка, ее взгляд погрустнел, и она замолчала, тихо вздохнув.
   − Почему? – спросила Маргарет, заметив грусть в ее глазах.
   − Тогда бы я смогла выйти за него замуж, - со всей серьезностью ответила Дженни, а Маргарет улыбнулась. – Он был бы хорошим мужем, таким, каким был мой папа… - голос Дженни дрогнул, и она всхлипнула.
   − Мне очень жаль, что твой папа умер, - тихо сказала Маргарет, присев перед ней и глядя ей прямо в глаза. – Но он сейчас на небесах и радуется, что у него есть такая замечательная девочка, - она наклонилась и легко поцеловала Дженни в щеку. – Так же, как и твоя мама.
   Ей на память пришла детская песенка, которую она частенько напевала в детстве, играя со своими куклами. И, желая развеселить девочку, она тихонько напела:
   − Дженни туфлю потеряла,
   Долго плакала, искала.
   Мельник туфельку нашел
   И на мельнице смолол.
   Дженни звонко рассмеялась, но, вспомнив, где находится, оглянулась по сторонам и сказала:
   − Это моя любимая песенка. Моя мама часто мне напевала ее, когда была жива...
   − А где ты сейчас живешь и с кем? – спросила Маргарет. – Вы же больше не работаете, раз фабрика закрылась.
   − Меня приютила одна женщина, она тоже из Ирландии, но у нее есть и свои дети. Поэтому нам приходится очень тяжело. Миссис О’Нил ходит резать фланель, я иногда хожу ей помогать, а ее старшие дети работают на фабрике Сликсона. Но денег все равно не хватает. И хоть она мне ничего не говорит, потому что добрая, я чувствую, что они были бы рады, если бы я с ними не жила, - вздохнула Дженни.
   И тут Маргарет словно осенило. Она могла помочь этой девочке, взяв ее к себе в дом в помощницы к Диксон. Последняя все время жаловалась на возраст и требовала найти себе помощницу. А такая смышленая девочка вполне бы подошла.
   − А ты не согласишься работать у меня? – Маргарет улыбнулась, подбадривая Дженни. – Моей служанке нужна помощница. Мы скоро снимем дом, и я смогу тебя забрать к себе.
   − О, мисс! – воскликнула Дженни, едва не подпрыгнув на месте. – Вы и в самом деле возьмете меня к себе?
   − Ну, конечно, - ответила Маргарет, поднимаясь. – Ты скажи мне, где ты живешь, и я тебя найду.
   − Спасибо, мисс… Простите, я не знаю вашего имени… - Дженни замялась.
   − Меня зовут Маргарет Хейл, - улыбнулась Маргарет и протянула ей руку.
   − Спасибо, мисс Хейл, - Дженни в ответ улыбнулась и протянула свою маленькую тонкую ладошку. Маргарет легко пожала руку девочки, почувствовав дрожь маленьких пальчиков то ли от волнения, то ли от холода.
   − А теперь беги домой, - сказала Маргарет. – Ты совсем замерзла. Вот тебе несколько монет, купи себе новые ботинки, а то твои тебе немного велики, - она достала из сумочки несколько монеток и вложила в ладошку Дженни.
   − О, мисс Хейл! Как мне благодарить вас за вашу доброту! Вы такая же добрая, как и наш хозяин. Да благословит Бог вас обоих! – с чувством произнесла Дженни. – Я буду ждать вас. Я живу на Коул-стрит, это недалеко от фабрики Мальборо, сразу за таверной «Лев и Единорог», - затараторила она, словно боясь того, что мисс Хейл может передумать.
   − Я запомню, Дженни, - заверила Маргарет, подошла и обняла ее, чувствуя, как та дрожит сильнее. – Вот, - она сняла свою шаль и накинула ее на плечи Дженни, плотно обернув вокруг худенького тела и завязав на спине узлом, - теперь ты согреешься. И возвращайся домой.
   − Да благословит вас Бог! – сквозь слезы сказала Дженни и в каком-то неосознанном порыве прильнула к Маргарет и крепко обняла ее. Маргарет так же крепко прижала к себе девочку, ощущая себя довольно необычно, чувствуя свою ответственность за судьбу этой маленькой девочки. Вдруг она почувствовала, как Дженни вздрогнула, отстранилась от нее и, обращаясь к кому-то за ее спиной, сказала:
   − Добрый день, сэр.
   Маргарет обернулась...


Пред. глава         (Продолжение)

февраль, 2008 г.

Copyright © 2008 Джей Ти





Обсудить на форуме

Fan fiction
О жизни и творчестве Элизабет Гаскелл

Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба  www.apropospage.ru   без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста.


Copyright © 2004 apropospage.ru


            Rambler's Top100