Литературный клуб

 

Мир литературы
  − Классика, современность.
  − Статьи, рецензии...

  − О жизни и творчестве Джейн Остин
  − О жизни и творчестве Элизабет Гaскелл
  − Уголок любовного романа.
  − Литературный герой.
  − Афоризмы.
Творческие забавы
  − Романы. Повести.
  − Сборники.
  − Рассказы. Эссe.
Библиотека
  − Джейн Остин,
  − Элизабет Гaскелл.
Фандом
  − Фанфики  по романам Джейн Остин.
  − Фанфики по произведениям классической литературы и кинематографа.
  − Фанарт.


Архив форума
Гостевая книга
Форум
Наши ссылки



Озон



На нашем форуме:


 Литературная игра "Книги и персонажи"
 Коллективное оригинальное творчество
 Живопись, люди, музы, художники
 Ужасающие и удручающие экранизации



Читайте
любовные романы:

  Неожиданная встреча на проселочной дороге, перевернувшая жизнь - «Мой нежный повар»
  Развод… Жизненная катастрофа или начало нового пути? - «Записки совы»
  Оказывается, что иногда важно оказаться не в то время не в том месте - «Все кувырком»
  Даже потеря под Новый год может странным образом превратиться в находку - «Новогодняя история»
  История о том, как найти и не потерять свою судьбу... - «Русские каникулы»
  Море, солнце, курортный роман... или встреча своей половинки? - «Пинг-понг»
  1812 год. Они не знали, что встретившись, уже не смогут жить друг без друга... - «Водоворот»



История в деталях:

Правила этикета: «Данная книга была написана в 1832 году Элизой Лесли и представляет собой учебник-руководство для молодых девушек...»
Брак в Англии начала XVIII века «...замужнюю женщину ставили в один ряд с несовершеннолетними, душевнобольными и лицами, объявлявшимися вне закона... »
Нормандские завоеватели в Англии «Хронологически XII век начинается спустя тридцать четыре года после высадки Вильгельма Завоевателя в Англии и битвы при Гастингсе... »
Старый дворянский быт в России «У вельмож появляются кареты, по цене стоящие наравне с населенными имениями; на дверцах иной раззолоченной кареты пишут пастушечьи сцены такие великие художники, как Ватто или Буше...»



О путешествиях и путешественниках:


Я опять хочу Париж! «Я любила тебя всегда, всю жизнь, с самого детства, зачитываясь Дюма и Жюлем Верном. Эта любовь со мной и сейчас, когда я сижу...»
История Белозерского края
«Деревянные дома, резные наличники, купола церквей, земляной вал — украшение центра, синева озера, захватывающая дух, тихие тенистые улочки, березы, палисадники, полные цветов, немноголюдье, окающий распевный говор белозеров...»
Венгерские впечатления «оформила я все документы и через две недели уже ехала к границе совершать свое первое заграничное путешествие – в Венгрию...»
Болгария за окном «Один день вполне достаточен проехать на машине с одного конца страны до другого, и даже вернуться, если у вас машина быстрая и, если повезет с дорогами...»

Путешествие на "КОН-ТИКИ"
Тайна острова Пасхи


Творческие забавы

Юлия Гусарова

Редакторы: Ольга Болгова
Marusia
bobby

В поисках короля

Начало     Пред. гл.

Глава 27

Король Эрлих лежал в постели без сна. Встреча с пророчицей-баронессой выбила его из колеи. Он привык мыслить трезво, без вмешательства чувств и бессмысленных сожалений. Но сейчас все то, что всегда ему казалось верным и оправданным государственной необходимостью, выглядело иначе.

Ему вдруг на память пришла оброненная мальчиком фраза об украденной молодости Элизы. Что-то на эту тему он уже слышал…

- Проснувшись сто лет спустя, милорд, - не отрывая от его лица внимательного взгляда, под конец их разговора сообщил ему жрец, - принцесса сохранит молодость только в том случае, если кто-нибудь не разрушит поддерживающее заклинание фей. В противном случае, она угаснет очень скоро. Как любой, кому посчастливилось достигнуть ста с лишним лет…

Тогда он не задумался над словами жреца, лишь посмеялся, что красота и молодость его жены стоит на последнем месте в порядке государственных приоритетов. Но сейчас ему показалось очень странным, что жрец вообще коснулся этого? Неужели он предполагал, что король, получив в приданое гребень принцессы, намерен поступить с ней так же, как поступил с эльфийской девой подлец Гойо?! Хорошо же его подданные думают о нем! Король нахмурился.

Значит, Элиза скоро состарится. Сколько у нее осталось? Неделя, месяц, полгода? Он не заметил следов стремительного увядания, но он слишком мало видел ее.

- Элиза, Элиза, - прошептал король, вспоминая ее тонкий стан и благородные черты.

Он не лукавил, когда признавался в своей внезапной страсти к ней. Или почти не лукавил. Она, действительно, произвела на него впечатление, подстегнула уснувшие чувства своей красотой и неприступностью. Он увлекся ею по-настоящему. Давно уже ничего подобного не происходило с ним. Его положение обрекало его на полное отсутствие любовной интриги. А с Элизой все было по-другому. Настоящая принцесса, ее можно только покорить, завоевать. Здесь нужны сила и опыт настоящего охотника. Этот мальчик не для нее, сколько бы он ни взывал к ее чувству долга. Ей нужен зрелый мужчина, который смог бы обуздать норов принцессы, так, чтобы не угасив ее природный пыл, приручить его, управляя твердой рукой. Партия, разыгранная ими, была захватывающей, и, если бы не этот мерзавец Гойо, в который раз перешедший ему дорогу, сегодня вечером он поставил бы королевский мат. Он был уверен, что если бы не ее похищение, следующая ночь была бы его. Вчера она еще сопротивлялась, но ее тело уже сказало ему "да".

Король поднялся выпить воды, чтобы успокоить беспокойные мысли и чувства: воображение завело его слишком далеко. Было еще совсем рано, но он с удивлением услышал поспешные шаги за дверью.

"Что за суета в такой час?" - король выглянул в окно. В темноте он с трудом различил довольно большую группу вооруженных людей, они суетливо двигались, вокруг одного из них, видимо, старшего. Он осторожно приоткрыл окно, стараясь услышать, о чем они говорят, но разговор был слишком тихим.

- Господин сержант! - услышал наконец король.

К старшему подбежал, запыхаясь, один из его людей.

- Им удалось уйти! Они были вооружены, господин сержант, трое наших ранены!

- Сообщить страже. Отправить отряд к воротам, чтобы они не смогли проскочить из города с повозкой золотаря, - отдал распоряжение сержант, и король закрыл окно.

Он был уверен, что речь идет о его новых знакомых. Видимо, у Элизы проблемы. Гойо отобрал у нее эльфийский гребень, а это означает, что она совершенно беззащитна.

"Подлец!" - король презирал и ненавидел Гойо. Его злило, что ему никак не удавалось взять вверх над этим ничтожным сыном конюха. Зачем он только приблизил его к себе?!

Мысли не давали ему покоя, и оставаться в постели было бессмысленно. Король зажег свечу и, закутавшись в меховой плащ, сел в кресло около камина, в котором еще тлели поддернутые седым пеплом угли. Он должен быть честным с самим собой. Баронесса права, он знал, что Гойо подлец, еще до того, как тот обманул и предал его. И Гойо это знал. Он понимал, что король никогда не согласится отдать талисман эльфов, чтобы поймать его, и воспользовался этим.

Эльфы не могли обнаружить Гойо не только потому, что оказались бессильны перед своей же магией. Когда-то они в знак примирения передали людям несколько магических предметов своего могущества и с тех пор почти не могли влиять на мир людей. Эти предметы - среди которых были и гребень Элизы, и зеркало королей Эрдэльфа - давали людям особенную силу и обещали помощь эльфов в случае смертельной опасности. Он знал, что возвращение любого из этих предметов эльфам умножило бы их возможности, и они бы смогли найти и наказать негодяя Гойо. Но это ослабило бы самого короля Эрлиха и его власть, и он предпочел найти другой способ. Его жрицы рассказали ему о том, что есть принцесса, получившая в дар от эльфов магический гребень. Получив во владение два магических предмета, он увеличил бы свои силы так, что мог бы не только самостоятельно расправиться с Гойо, но и влиять на эльфов.

Король раскрыл ворот рубахи и снял с шеи висевший на шнуре обтянутый кожей предмет размером с женскую ладонь. Бережно вынув его из мешочка, он рассматривал его в слабом пламени свечи. Зеркало потускнело, и обычно блестящие грани гравировки рун на золотой раме подернулись легкой патиной. Магия зеркала слабела. Его это не удивило, он чувствовал, что тепло зеркала, которое всегда ощущалось через тонкую кожу футляра, стало ослабевать. Отчего это происходит, он не знал. Может быть, в том повинна все та же магия, направленная против эльфов, в которой упражнялся Гойо в Норландии, а может быть, по какой-то другой причине. Ему вспомнились слова Хофнара о том, что ворованные руны не так сильны. Если воровство может ослабить магию, то ее могут ослабить и другие неблаговидные поступки?..

Все это надоело ему. Когда-то он полагал, что сам легко справится с Гойо, но вот уже пятнадцать лет он практически топчется на месте, все с большим трудом удерживая под контролем ситуацию в своем королевстве. Возможно, он тоже стал терять силу при ослабевшей магии зеркала. Вот и Элиза уже лишилась своего гребня, а его талисман становится бессильным. Гойо снова в выигрыше?..

Король посмотрел в зеркало.

"Ты уверен, что хорошо меня знаешь? - обратился он к своему визави. - Уверяю тебя, не так хорошо, как ты думаешь".

 

Уже рассвело, когда Эльфрида с Хофнаром возвратились из Долины гномов. Впервые за эти несколько дней он почувствовал надежду на избавление. Разговор с гномами был трудным. Он и раньше знал, что эти горные жители хитры и изворотливы, но старый Эгвальд являл просто чудеса гномьей дипломатии. Он не хотел ни платить, ни, тем более, помогать. Пришлось пару раз попугать его страшными карами Провидения, чтобы сбить с него спесь и вернуть в русло договора. А договариваться с гномом было все равно что играть в кости с шулером. Здесь ему очень помогло пророческое чутье Эльфриды, она смогла распознавать, когда Эгвальд пытался соврать. А врал он виртуозно. В конце концов им удалось договориться о том, что гномы, воспользовавшись старым рудником, часть шахт и проходов которого располагалась прямо под дворцом, завтра к закату пробьют вход в тронный зал. Им пришлось торговаться за каждый час. Эгвальд знал об опасности нападения троллей. Но уверенный в собственной безопасности, он старался представить дело так, что оказывает услугу королю Норландии, а не платит по своим собственным сетам, спасая обманутую принцессу. Наконец договор был составлен и подписан. Теперь гномы его не нарушат, и у него появится шанс спасти свою дочь и королевство от троллей, а заодно и от порядком надоевшего канцлера.

Хофнар прощался с Эльфридой недалеко от того постоялого двора, где он позаимствовал лошадь. Круглое лицо девушки осунулось, потеряв свой обычный румянец, и она казалась старше.

- Вы очень помогли мне, баронесса, - Хофнар взял ее за руку, чуть придержав в своей. - Надо честно признаться, что без вас бы я не справился.

- Я пророчица, вы король Норландии, мы и должны действовать сообща, - ее усталое лицо озарилось улыбкой.

- Вам надо отдохнуть. Увидимся позже, баронесса, - поклонился он ей на прощание.

Он упрямо не хотел называть ее ужасным словом пророчица. Пророк мужчина это еще куда ни шло, но женщина пророчица всегда представлялась ему какой-то старой выжившей из ума ведьмой.

- Да хранит вас Святой Один, - простилась с ним баронесса и, не оглядываясь, зашагала в гору в сторону возвышенности Хэдевиков.

Хофнар посмотрел ей вслед и поспешил к лазу. Попав в город, он сразу заметил, что стражи и солдат стало раза в два больше, они шныряли, как тараканы, по всем улицам и общественным местам. Увидев скопление людей вокруг какого-то глашатая, Хофнар спросил у крайнего мужичка:

- Что случилось? Канцлер натер мозоль?

Мужичок, опасливо оглянувшись, криво усмехнулся и ответил Хофнару:

- Ищут каких-то двух молодых иностранцев. Обещают за голову каждого из них сотню золотых.

- Щедро… Что ж они сделали?

- Прибили полковника.

- Кейлера, говорят, убили у ручья Колдуньи, почему же они ищут их в городе?

- Да Хель их разберет, рыскают по каждому дому, все сараи да амбары, склады да мастерские перерыли вверх дном!

Было ясно: канцлер объявил охоту на Шаула и Марка. Что это означало? Где были юноши сейчас? И каково положение девушек во дворце? Нужно было срочно найти Тима, и действовать очень осторожно.

 

Канцлер вошел в комнату для наблюдений. Сонный дежурный ночной смены, неуклюже выбравшись со своего места, отдал ему честь. Гойо устало махнул ему рукой и подошел к окуляру.

- Что у вас?

- Ничего особенного, милорд, ночью не происходило. Фрейлина ночевала с принцессой. Перед сном они немного пошептались, но разобрать слова было практически невозможно. Только две фразы, и то я не поручусь, что все правильно расслышал.

Дежурный прочел записанные фразы:

- "Объясни мне, как можно сопротивляться своему старению?!" - это был голос принцессы. И еще: "Я себя ужасно чувствую, Сони, и мне совсем не хочется веселиться и я, хоть убей, не вижу чему тут можно радоваться".

"Старению?! Она стареет?! Что это значит?! - канцлер был совершенно сбит с толку. - Кто она, черт побери?! Надо приказать Роспо сейчас же допросить этих ее рыцарей". Ему было нелегко признаться, что он слишком поспешил с выводами, поддавшись животной страсти, приблизил к себе женщину, о которой ему ничего неизвестно, и тем самым подверг опасности выстроенное им с таким тщанием здание.

Гойо склонился к окуляру. Элиза сидела в кресле, фрейлина причесывала ее. В комнате жарко горел камин, оставляя теплые розоватые блики на бледном опале кожи принцессы. Она была одета лишь в нижнюю рубашку, накинутая сверху отороченная мехом накидка и распущенный ворот сорочки открывали белизну хрупких плечей и нежную проталину между грудями, упругая округлость которых легко угадывалась под тонкой тканью рубашки. Словно почувствовав его страстный взгляд, Элиза плотнее закуталась в накидку.

- Визуальное наблюдение снять, - приказал канцлер. - Только слушать.

- Слушаюсь, - отдал честь солдат, и канцлер заметил усмешку в его глазах.

- Ваше имя?

Усмешка моментально исчезла с лица дежурного, сменившись испугом, пульсирующим в расширенных зрачках, как фонарь на терпящем бедствие корабле.

- Б-бём, милорд.

Канцлер кивнул и вышел. Он шел по коридорам дворца, продумывая следующие распоряжения. В своем кабинете он быстро написал записку Роспо и, вызвав секретаря, приказал срочно доставить ее по назначению. Он подошел к шкафу, устроенному в широкой стенной нише, и начертил пальцем на потемневшей поверхности дверей несколько знаков. Массивные двери шкафа беззвучно отворились. Канцлер достал небольшую шкатулку изящной работы, все ее стенки и верхняя крышка были испещрены магическими знаками. Она открылась, так же как и двери шкафа, подчиняясь движениям пальца канцлера. В шкатулке лежал эльфийский гребень Элизы.

Гойо знал о зеркале королей Эрдэльфа, но не предполагал, что когда-нибудь будет держать подобный предмет в своих руках. Если Элиза получила его законным путем, а в этом он не сомневался, она принадлежит к древнему королевском роду. Он сегодня же добьется от нее всех ответов. Канцлер спрятал гребень в шкатулку, закрыл шкаф на магический ключ и поспешил к завтраку, который был намерен разделить со своими гостьями.

Он специально дождался, когда появятся принцесса и ее фрейлина, и лишь после этого вошел в зал.

- Доброе утро, принцесса, - произнес он с улыбкой.

Она лишь холодно кивнула, не меняя недовольного выражения лица, но канцлер не был намерен ограничиваться подобным приветствием. Подойдя к Элизе, он взял ее руку и поднес к своим губам, надолго задержав. Она была бледна. Голубоватые тени лежали под глазами, веки и губы чуть припухли, придав ей сходство с маленькой обиженной девочкой. Нет, на старуху она была определенно не похожа.

- Оставьте, - тихо проговорила она и дернула руку.

Канцлер не стал упорствовать и отпустил ее. Кивнув фрейлине, он отправился на свое место.

Завтрак проходил в таком же молчании, что и вчерашний ужин.

- Как ваше самочувствие, принцесса? - поинтересовался он.

Она не удостоила его ответом, но, поднеся кубок с лимонадом к губам, долго смотрела на канцлера поверх него.

- Вы хорошо спали? - снова попытался он получить ответ, но она не ответила, и он продолжил: - Сон лучше всего помогает в недомоганиях, подобных вашему, - он был уверен, что эта фраза расшевелит ее.

- Вы глупец, Гойо, если считаете, что хоть что-нибудь знаете обо мне! - она произнесла это негромко, но ему показалось, что зал наполнился эхом ее голоса.

Он поднялся со своего места и быстро подошел к ней, подняв ее за плечи со стула, с силой тряхнул ее. Ему показалась, что она еще больше побледнела, губы потеряли свой цвет, и ее вырвало на него только что выпитым лимонадом. Фрейлина суетилась рядом.

- Да оставьте же принцессу, вы что не видите ей плохо! Вызовете врача!

- Заткнись! - кинул он девице и, подняв Элизу на руки, вынес из зала.

Фрейлина поспешила за ним, но ему достаточно было лишь взглянуть на своих людей, стоящих у дверей, чтобы отделаться от нее.

Он нес Элизу, и она совсем не сопротивлялась, наоборот, склонив голову ему на грудь, прикрыла глаза. Гнев и страх, овладевшие им, когда он услышал от нее свое имя, сменились страстным желанием. Ее унижение - высокородная принцесса блевала, как дешевая портовая шлюха, перебравшая рома, - вот что возбудило его. Он принес ее в свою спальню и опустил на кровать. Дрожащими от волнения руками он не мог справиться с тесемками и шнуровками ее платья, чувствуя, что сейчас взорвется, бросил их и, обхватив ее губы своими, с силой впился в них. Наваливаясь на нее всем телом, он рылся в ворохе ее юбок, когда вдруг почувствовал, что неспособен овладеть ею. Совсем! Он оторвался от нее и наткнулся на презрительный насмешливый взгляд. Она была бледна, и истерзанные им губы неестественно краснели на ее лице.

- Меня не может взять силой сын конюха, Гойо, - прошептала она, с трудом шевеля губами.

Он ударил ее тыльной стороной руки, сильно с оттяжкой, вложив всю злость и мучившее его неутоленное желание, болью скрутившее мышцы живота. На ее лице осталась длинная ссадина от его перстня, и малиновый отек в форме его ладони стал заливать щеку.

Получив хоть какую-то разрядку, он поднялся. Облив лицо водой, прошел в гардеробную. Он с трудом приходил в себя. Теперь он уничтожит ее, он отдаст ее солдатам! "Черт! Черт! Черт!" - он в неистовстве колотил кулаком о стену. Пораненная накануне рука горела огнем, получая новые удары и ссадины, но он не мог остановиться. Его пожирало яростное отчаяние своего мужского бессилия.

Когда он вышел, ему показалось, что она спит, но она открыла глаза и улыбнулась. Новая волна возбуждения поднялась в нем. Она обращалась к нему, а он слышал ее голос, гулом отдававшийся в ее голове, но смысл ее слов доходил до него не сразу.

- Не злись. Иди сюда. Ну что ты стоишь, как истукан?! Подойди ближе, я открою тебе один маленький секрет.

Он повиновался, ему казалось, что кровь, собиравшаяся капельками на ее щеке, завораживает его.

- Меня никто не может взять силой, - проговорила она, глядя ему в глаза, - даже король.

Она усмехнулась, а он наклонился к ней и стал стирать кровь с ее щеки губами.

- Подожди, - сказала она и, упершись в его грудь рукой, отстранила от себя.

С трудом приподнявшись повыше на подушках, она взяла его за руку.

- Не сейчас. Будем ли мы вместе, зависит не только от меня.

Он опустился рядом с ней на кровати.

- Руку надо перевязать аккуратней.

Она разматывала наспех завязанную им самим повязку на его руке, а он, как завороженный, наблюдал за ее движениями.

- Ты должна все рассказать мне, - хрипло проговорил он, стараясь стряхнуть с себя наваждение.

- Обязательно, но ты должен обещать, что поможешь мне, - закончив перевязку, она погладила его руку.

- Я ничего не буду обещать, - резко ответил он и добавил: - Если ты знаешь, как меня зовут, то тебе должно быть известно, что я не связываю себя обещаниями, даже если даю их, - он придал своему голосу жесткость, чтобы подхлестнуть себя. Ее близость сводила его с ума.

- Ну конечно, я же забыла, с кем я имею дело, - насмешливо протянула она и, поднеся к лицу его раненую руку, прижала к своей щеке.

В голове шумел гул тысячи океанов, она окутывала его своей лаской, словно паутиной, парализуя волю. Гойо вырвал руку и, отойдя, сел в кресло. Скрестив пальцы рук, он оперся локтями о бедра, подавшись к ней вперед. Он защищался.

- Я слушаю тебя, - холодно произнес он.

- Я расскажу тебе, почему я здесь, - она закашлялась. - Дай мне воды.

Он встал, налил воды и протянул ей невысокий серебряный кубок.

Она взяла кубок, слегка коснувшись пальцами его руки, горячая волна пробежала по телу канцлера. Принцесса сделала несколько глотков и провела ладонью по металлической поверхности кубка.

- У тебя даже ночной горшок в эльфийских рунах?

Ему захотелось ударить ее, но он знал, что это подставит под удар его самого, и он сдержался.

- Хорошо, - наконец проговорила она. - Я принцесса, по воле злой колдуньи проспавшая сто лет.

Он скривился: "Она что, задумала водить меня за нос какими-то детским сказками?!"

- Ну что ты кривишься?! - раздраженно воскликнула она. - Ты думаешь, что если смог украсть эльфийские руны, ты все знаешь о магии?

- Откуда ты знаешь обо мне? - он с трудом сохранял спокойствие.

- Ну не так часто людям удается обмануть эльфов и остаться ненаказанными, ты достаточно известная личность в определенных кругах.

- Прекрати морочить мне голову! - прикрикнул он на нее. - Я хочу знать правду!

- Откуда вдруг такая слабость к правде? - съязвила она, а потом раздраженно добавила: - Ты же все равно не веришь мне!

- Докажи мне, и я поверю.

- Каким образом? - насмешливо уставилась она на него. - Пошли своих вездесущих солдат в Заколдованный лес в так называемом содружестве свободных городов. Там они смогут узнать трогательную историю пробуждения спящей принцессы.

- Кто же разбудил тебя?

- Горожане, - вздохнув, ответила она и прибавила: - Все произошло не совсем так, как повествует сказка.

- Откуда у тебя этот гребень?

- Я получила его в дар от эльфов в день своего рождения сто девятнадцать лет назад.

Она говорила с усмешкой, словно сама понимала, насколько нелепо и легковесно звучат ее слова. И все-таки он чувствовал, что она не лгала.

- И что ж произошло, когда эти горожане тебя разбудили?

- Сначала ничего, а потом я стала стареть.

- Что это значит?

- Я проснулась такой же, как и заснула, но за короткое время, прошедшее с моего пробуждения я постарела на десяток лет! Если бы не гребень, я состарилась бы мгновенно. И тогда я решила обратиться к Кольфинне.

Значит, все-таки он был прав насчет колдуньи.

- Откуда ты ее знала?

- Кольфинну в свое время принимали во многих королевских дворах.

- И что же старая ведьма не смогла тебе помочь?

- Нет, - ответила она и, уставившись на него жестким неприязненным взглядом, проговорила: - Оказалось, из-за некого проходимца Гойо она лишилась молока троллей, без которого это заклинание не может действовать.

Он проглотил "проходимца", чтобы не играть по ее правилам.

- И ты отправилась прямиком ко мне?

- Да.

- Что же ты предложила колдунье в обмен на ее магию?

- Уничтожить тебя, - спокойно ответила она.

- Вот как? И каким образом ты хотела это сделать? Не могла же Кольфинна поверить тебе на слово?

- Ей и не надо было верить, она знает свойства моего гребня и без моих слов.

- Чушь! - взорвался он. - Ты видела, что твой гребаный гребень ничего не может мне сделать!

Не меняя насмешливого выражения лица, она ждала, когда он успокоится. Он смешался. Она действовала ему на нервы, он теряет контроль над собой!

- Я не собиралась тебя уничтожать, ни с помощью гребня, ни без него, - наконец проговорила она.

- Что же ты собиралась делать?

- Торговаться с тобой.

- О чем же?!

- Ты сильнее Кольфинны, можешь ее заставить исцелить меня, а я могу избавить тебя от мучительного переживания собственного происхождения и защитить от эльфов.

- Зачем это мне? Я и так прекрасно защищен от них, как ты видишь, что же касается моего происхождения… - начал он и осекся. "Сын конюха! Проклятье! Как он раньше не заметил этого?! Кольфинна не знала об этом!"

- Если это правда, тогда почему ты не рассказала все сразу?

- Тебя погубит тщеславие… - она не торопилась с ответом. - Ты взобрался на вершину власти с помощью обмана, воровства и убийства. Считаешь себя повелителем, которому ведомы все секреты и подвластна природа и магия. Но поверь, ты упускаешь самое главное. Ты скользишь по поверхности, а о сути даже не подозреваешь…

Он не мог выносить этого уничижительного тона. Избитая им, с кровоподтеком и ссадиной на лице, лежа в разодранном и испорченном рвотой платье, она сохраняла величие и власть над ним.

- Заткнись, - просипел он в бешенстве.

- Не теряйте достоинства, великий канцлер, - холодно посоветовала она.

- Я убью тебя, - он угрожающе подался к ней.

- Не стоит труда, - насмешливо ответила она.

Краска стыда при напоминании о его давешней неудаче залила его щеки.

- Шлюха, дешевая шлюха! - орал он ей в лицо. - Сколько горожан поимели тебя, чтобы разбудить от столетнего сна!

Он остановился. С трудом переводя дух, он постарался взять себя в руки. Что с ним происходит?! Он ненавидел ее, он хотел избить ее до крови, уничтожить, раздавить! Но он же хотел стирать ее кровь губами, исполнять все ее прихоти и с наслаждением принимать боль и унижения верным рабом у ее ног! Она околдовала его!

Канцлер прошелся по комнате и остановился у окна. На улице кружила зима, заметая мелкой порошей дорожки сада. Ему необходимо побыть подальше от нее и успокоиться.

- Мне надо идти, - тихо проговорил он, не отрывая взгляда от зимнего пейзажа. - Вернемся к разговору позже.

- Как хочешь, - она удобней устроилась на подушках. - Будь добор, пришли ко мне фрейлину, чтобы она помогла мне. Если ты не возражаешь, я подожду ее здесь.

Она останется в его спальне, она сама так захотела! Что-то обрушилось внутри него словно водопад, ладони вспотели, и лоб покрылся испариной.

- Гойо, - тихо позвала она.

Ему было так странно снова слышать свое имя, впервые за всю его жизнь это было приятно. Она улыбнулась и закрыла глаза.

- Гойо, - продолжила она, не открывая глаз, - доверься себе, ведь ты хочешь быть со мной, чутье тебя никогда не подводило.

- Что ты хочешь? - с трудом справляясь со своим голосом, спросил он.

- Когда ты мне вернешь мой гребень, ты сможешь это узнать.

Она так откровенно обещалась ему. "Что это? Приманка в мышеловке?" - обычная рассудительность возвращалась к нему, стоило ему отойти от нее на несколько рут.

- Меня ждут, - бросил он через плечо и открыл дверь, чтобы выйти, но ему вдруг вспомнилась одна деталь. - Когда ты была у Кольфинны, - обернулся он к принцессе, - ты кого-то там встретила?

- Да, - ответила она, - того неприятного господина с жабьим лицом.

"Роспо?!"

Глава 28

Роспо сидел у себя в кабинете нервный и злой. Положив ноги на стол, он пил аквавит, несмотря на раннее утро. Ситуация в Норландии накалялась.

Два последних дня его информаторы беспрестанно докладывали ему о тайной деятельности членов малого совета. После сопоставления данных из разных источников, у Роспо не осталось никакого сомнения, что молодцы решили дать деру. Придавить всю эту троицу не составляло труда - все они были у него под колпаком. Но его беспокоил вопрос: в чем причина столь поспешного отъезда его государственных коллег? И это именно в тот момент, когда появилась эта чертова принцесса, так некстати оседлавшая канцлера!

К тому же провалился ночной рейд!

- Разленились, дармоеды, - злился Роспо, - привыкли, что никто из местных и пикнуть не смеет, и не смогли справиться с двумя кое-как вооруженными пацанами!

Его беспокоило то, что, несмотря на все усилия, поиски беглецов не дали никаких результатов. И это в том городе, где его люди буквально сидят друг у друга на голове. Если им кто-то помогает, это значит, что они с кем-то связаны здесь. С тем, за кем Роспо гоняется уже несколько лет! И он упустил случай поймать их!

А тут еще канцлер шлет ему с утра пораньше депеши с требованием арестовать и допросить рыцарей!

- Проснулся! Что-то вы заигрались, батенька, со своей принцессочкой! Раньше надо было думать, когда Роспо вам говорил!

Но хочешь не хочешь, надо идти в замок докладываться канцлеру.

Но прежде он дождется Ворта. Паршивец, как только очухался от вчерашней пьянки, побежал по бабам! Этот сопляк сумел окучить даже хозяйку "Кабаньей головы"! А сейчас побежал ублажать свою фрейлину, купив по дороге зеркальце в золоченой оправе. Это на его, Роспо, деньги!

Шеф смотрел на все эти коротенькие записки от Сода и злился. Все было очень правдоподобно, и Соду он доверял вполне. Но именно эта правдоподобность и раздражала его. Что-то явно с мальчишкой было не то! Роспо нутром чувствовал, что тот водит его за нос, но ухватить в чем, никак не получалось.

Раздался стук в дверь, и показался секретарь:

- Здесь Ворт, ваша милость.

- Давай его сюда, - недовольно махнул рукой Роспо.

Мальчишка вошел. Растрепанный и запыхавшийся. Никаких следов вчерашнего опьянения, ну разве чуть глаза припухли. Щеки от бега и от мороза разрумянились, взмокшая челка смешно топорщилась, придавая ему совсем юный мальчишеский вид. Роспо невольно залюбовался своим протеже, но сейчас было не до нежных чувств.

- Ну и куда же ты так спешил? - не снимая ног со стола, спросил он Ворта, плюхнувшегося без всякого разрешения в кресло.

- К вам, - недовольно ответил тот. - Скажите, господин Роспо, кто решил арестовать рыцарей принцессы?!

Шеф поднял бровь.

- Есть приказ канцлера. А в чем дело?

У Роспо шевельнулась подозрение, но он отбросил его: мальчишка не мог ни предупредить рыцарей, ни помочь скрыться - чужак, сам города не знает.

- Ну, скажите на милость, зачем надо было арестовывать их?!

- А тебе-то что за дело?

- Ну и где они? - ядовито ответил тот вопросом на вопрос. - Ведь если вы их не поймали, значит, они не одни, значит, связаны с кем-то здесь в Норландии! И вместо того, чтобы нащупать эти ниточки и узнать, к кому они приведут, вы обрубаете их единым махом!

- Да что за чушь! С чего ты взял, что у них есть связи? - прозорливость мальчишки его одновременно и задела, и насторожила.

- Это напрашивается само собой!

- Ну так выследи, куда они подались, великий сыщик!

- Хорошенькую вы мне даете задачку! Их давно нет в городе, иначе ваши солдаты уже схватили бы их. С такой-то наградой, наверное, половина горожан рыщет в поисках, а вторая уже привела к вам десяток рыцарей!

- Хорошо, ну а за каким чертом ты с утра пораньше помчался в замок?

- Сообщил госпоже Сони о том, что произошло, и предложил свою помощь.

- И что же еще?

- В основном все, - мальчишка вдруг покраснел, не очень сильно, только легкий румянец на скулах.

"Нет, доверять ему нельзя, даже если он действительно чист, с девицей он завяз, а значит, она получит от него то, что ей надо".

- Ну и что же полезного ты узнал у этой самой госпожи Сони?

- Канцлер влюбился в принцессу.

- Какие важные сведения, - скорчив почтительно-удивленную гримасу, покачал головой Роспо.

- Вы хотите уверить меня, что сильная страсть канцлера к этой женщине, о намерениях которой никто ничего не знает, нисколько вас не пугает?!

- Страсть мужчины проходит так же быстро, как и удовлетворяется, - проворчал Роспо.

Конечно, он был совершенно согласен с мальчишкой: канцлер вляпался по самое не могу. Был бы он обыкновенным развратным сластолюбцем, шеф бы не беспокоился. Но тот был чертовым аскетом! В свое время Роспо испробовал все способы, чтобы узнать о предпочтениях великого канцлера, но тот, словно каменная статуя воздержанию, оставался одинаково холоден к любым предложенным вариантам. И теперь его горящий взгляд и вздрагивающие руки при виде этой бабенки свидетельствовали о том, что у канцлера появился поводок со строгим ошейником, и этот поводок не в его, Роспо, руках.

- Я бы не судил всех мужчин с вашей колокольни, - осторожно заметил Ворт.

- Ты, красавец мой, говори, да не заговаривайся! - вспылил Роспо и, подавшись вперед, стукнул кулаком по столу. - Если судить по тебе, так ты поведешься на любую сучку!

Ворт удивленно уставился на него, но потом расплылся в довольной улыбке:

- Женщины, господин Роспо, - это лучшее, что может произойти с мужчиной.

 

Они ехали шагом по городским улицам, и Роспо опять залюбовался посадкой своего протеже. Ворт сам был похож на молодого необъезженного жеребца: красивый, горячий, строптивый. Оседлать его было бы несказанным удовольствием, но пока приходилось довольствоваться не очень длинной кордой.

- По дороге позавтракаем, - кинул Роспо своему подчиненному и свернул к "Кабаньей голове".

Он любил здешнюю кухню, но более того ему хотелось самому удостовериться в сообщениях Сода. Его раздражало, когда кто-то посягал на его собственность.

Хозяйка снова приветствовала их в дверях. Ворт склонился к ее руке, словно та была знатной дамой, женщина просияла, и в ее глазах Роспо увидел блеск, который не зажигали у приветливой вдовы даже щедрые подарки старого Рэптара. Правда, ходили слухи, что старик администратор уже и тогда не был в состоянии поднять свой клинок…

Они расположились за столом. Ворт, не обращая внимания на своего начальника, провожал глазами хозяйку, уплывающую, плавно раскачивая пышными бедрами, чтобы самолично дать распоряжение на кухне.

- Сучка! - сквозь зубы выругался Роспо. "Эти проклятые шлюхи, не стесняясь, зарятся на то, что принадлежит мне!"

- Что вы сказали? - перевел наконец на него взгляд увлеченный хозяйкой Ворт.

- Извращенец хренов, - злобно перекосился Роспо.

- Неужели?

Мальчишка набычился, поддавшись вперед, желваки заходили: ну точь-в-точь молодой бычок!

- Кого черта, Ворт, тебе надо с этой бабой?! - Роспо немного ослабил корду. - Она же тебе в матери годится?!

- Именно поэтому она особенно дорога мне, - не отводя взгляда, ответил тот.

"Ну, что ж, если с фрейлиной придется повременить в интересах дела, то с хозяйкой разберемся без промедления", - пообещал себе Роспо, яростно расправляясь с большим куском мяса у себя на тарелке.

- Что твоя фрейлина говорит о цели их приезда? - утолив голод, обратился он к молчавшему Ворту.

- Проблема в здоровье принцессы. Для того, чтобы ее вылечить, нужно молоко троллей.

- А что за история с гребнем?

- Прямо она не рассказывала. Гребень какой-то магический, дает ей силы, но вылечить полностью ее не может.

- Какой-то магический, - передразнил он мальчишку. - Мне нужно знать точно! Пока я буду у канцлера, чтобы шашни свои с фрейлиной не разводил, займешься делом. Прощупаешь саму принцессу.

"Было бы хорошо, если бы эта принцесска так же повелась на Ворта, как и остальные бабы, но надеется на это нельзя. Если ей нужно молоко троллей, размениваться на мальчишку она не будет".

- Как хочешь ее тряси, но выясни у нее, куда могли запропаститься ее рыцари.

 

Марк простился со своими спутниками почти у самого замка Хедвиков, там, где тропа, петляя вокруг скал, расходилась на две едва угадываемые тропинки. Одна из них вела к замку, а другая круто поднималась еще выше, где среди отвесных скал и гор, покрытых густым лесом, скрывалось убежище, где жили и воспитывались войны Хофнара, спасенные от канцлера. Марк уже побывал там и познакомился со многими из них. Молодые рыцари очень понравились ему. И он был рад, что ему предстоит сражаться с ними. По их с Хофнаром плану, он будет командовать отрядом, который должен окружить и уничтожить гвардию канцлера в замке. Хофнар не хотел его пускать на этот участок, но Марк настоял. Город он совсем не знал, а у замка имелся план, да и размеры поменьше, тем более, что с помощью гномьих ходов он мог изучить всю местность вокруг него, включая дворцовый сад.

Это была опасная и сложная задача, но Марк с удовольствием взялся за нее. Бездействие, которое предшествовало их побегу из города, действовало ему на нервы. А история с Сони окончательно выбила его из седла. Теперь же, занимаясь организацией атаки с толковыми и хорошо подготовленными помощниками, он был вдохновлен и увлечен предстоящим боем, рассчитывая до мелочей его тактику. Конечно, существовала большая вероятность того, что канцлер снова воспользуется своими проклятыми рунами, и все их мастерство пойдет прахом, но Марк старался откинуть эти мысли, занимаясь непосредственно своей задачей. Магия, руны, молоко троллей - все это он оставил другим. Он простой вояка, у него нет ни желания, ни ума разбираться во всех этих тонкостях и хитросплетениях предсказаний и магических формул.

Гномы принялись за восстановление проходов древнего рудника сразу же, как был подписан договор. Рудник, несмотря на свой почтенный возраст и печальные перипетии, происходившие над ним на поверхности в последние полтора десятка лет, хорошо сохранился. И уже утром некоторые из его проходов были готовы. Туннели были невысоки для взрослого мужчины, но достаточно широки и просторны, чтобы быстро пропустить через себя большую группу вооруженных людей. Кроме того, были намечены несколько выходов на поверхность внутри замка. Им повезло, что сильная поземка кружила над землей, скрывая работу гномов, а холодный порывистый ветер заставлял стражников, делающих обход, поторапливаться, загоняя их в теплые постовые укрытия.

Марк со своими помощниками, благодаря двум готовым выходам в саду замка, смог изучить не только расположение постов и время их смен, но и подсчитать количество гвардейцев - почти все, что касалось наружной охраны. Сведения о внутренней охране дворца должен был предоставить Тим.

Марк сам дежурил у одного из выходов, высматривая постовых, когда увидел их с Сони. Они шли, держась за руки, а потом остановились почти у самого убежища принца. Обнимаясь, они шептали что-то друг другу, счастливо улыбаясь. Он слышал смех своей невесты, видел, как молодые люди целовались. Лицо Тима, обернутое в его сторону, было исполнено такой нежности и восторга, что Марку стало не по себе: это не было игрой для соглядатаев, это была самая настоящая любовь. Так же Шаул смотрел на свою Элизу, как сейчас его брат смотрит на Сони. Как же они похожи!

"Ну и хорошо, - пытался совладать с собой Марк, - по крайней мере, я все видел своими глазами, теперь нет никаких иллюзий. Может быть, хотя бы меньше буду похож на осла". Пока он находился со своими помощниками, Бьорком и Траином, ему вполне удавалось держать себя в руках. Полностью погрузившись в разработку детального плана на сегодняшний вечер, он просто не думал о том, что видел. Но когда они расстались, предоставленный самому себе Марк ощутил странную болезненную пустоту внутри. Все в одночасье просто потеряло всякий смысл. После того, как Сони отправилась в замок, презрев здравомыслие и его просьбы, он негодовал и злился, но он полагал, что она любит его, может быть, не так, как ему этого хотелось, но все-таки любит. Увиденное сегодня с беспощадной очевидностью открывало ему глаза на то, что он старался не замечать, гнал от себя даже мысль об этом: она не любила его. Страшное открытие наполнило его такой горечью унижения и обманутых надежд, что он не в силах был даже думать об этом.

"Если мы отрежем путь в донжон…", - заставил он себя еще раз прокрутить в голове составленный план, пытаясь обнаружить его слабые стороны.

Когда он вернулся в замок, Хофнар еще там не появлялся. Марк с радостью согласился разделить трапезу с баронессами. Он не хотел оставаться один и не хотел видеть Шаула. Его раненый друг, потерявший много крови, был еще слаб и большей частью оставался у себя в комнате при заботливом участии двух баронесс, души в нем не чаявших. Конечно, Марк понимал, что Шаул ни в чем не виноват, и не собирался винить его, но видеть его лицо… Кроме того, он должен готовиться к вечерним событиям, ему надо отдохнуть и собраться, у него не было возможности заниматься душещипательными разговорами, на которые тот был мастер.

Марк почти бегом поднялся по лестнице и постарался тихо пройти в свою комнату мимо двери Шаула. Он уже закрывал дверь, когда услышал голос друга:

- Ну что, Марк? Я уже извелся здесь без дела!

- Сейчас пригласят к обеду, там будут обе баронессы, которым тоже не терпится узнать все, что я увидел, так что, если ты в силах, спускайся в зал. А я пока умоюсь, - он хотел закрыть дверь, но Шаул остановил его.

- Подожди, Марк, ты позволишь мне войти?

- Прости, Шаул, я хотел сейчас переодеться. Спускайся, там поговорим.

- Что случилось? - не отставал Шаул.- Ты расстроен. Ты сомневаешься в возможности спасти их?

- Я не знаю ничего об их спасении, - раздражаясь, ответил Марк. - Этим занимается Хофнар. Все, что касается моего участка, замечательно и, если не вмешается эта ваша магия, проблем не будет!

- Что произошло?

- Почему ты не можешь оставить меня в покое?! - взорвался Марк. - Я целый день провел под землей в скрюченном состоянии, не пил и не ел! Я могу получить хотя бы минуту отдыха?!

- Да ты сам не свой! Ты что-то узнал, что расстроило тебя. Что ты увидел там?

"Ну и прекрасно, получай, ты сам этого хотел!"

- Я видел, как моя невеста целуется с твоим братом!

Шаул на какое-то время оторопел, но вскоре опомнился:

- Марк, так за ними же следят! Им надо вести себя так, чтобы те поверили, что у них настоящий роман! Иначе их раскроют!

- Не делай из меня дурака! - рявкнул Марк, но остановился. - Я был совсем рядом, Шаул, я видел их лица.

- Марк, не сходи с ума! То, что ты видел, должны были увидеть соглядатаи канцлера! Если бы Сони и Тим стояли, как истуканы, боясь прикоснуться друг к другу, никто бы им не поверил! Марк, верность для Сони не просто слово! Ты сам это знаешь. Тогда в пустыне, когда ты спас нас, мы выжили только благодаря тому, что она рискнула своей жизнью, хотя могла бы оставаться в безопасности!

- Ты прав, она рисковала своей жизнью! Ради тебя, Шаул! Ради тебя! Она всегда любила тебя, только ты боготворил свою принцессу, а на нее не обращал никакого внимания! Ты просто не замечал этого! А я не хотел замечать!

- Но причем здесь я?!

- Да потому что вы похожи с братом! Очень похожи!

Шаул отрицательно качал головой:

- Нет, я не верю. Ты ошибаешься, этого не может быть,- твердил он.

- Дай мне, наконец, умыться, - устало проговорил Марк и выставил друга за дверь.

Глава 29

Роспо подходил к приемной и столкнулся со спешившим туда же канцлером. Погруженный в свои мысли, тот чуть не налетел на него.

- Добрый день, Роспо, - вскинул канцлер на него взгляд, не успев спрятаться за своей обычной надменной бесстрастной личиной.

"Аскет наш сорвался с цепи! - усмехнулся про себя Роспо, он уже знал, что принцесса провела в спальне канцлера все утро. - Разбитая рука, затравленный взгляд… За какое место тебя ухватила твоя подружка?"

- Добрый день, милорд, - поклонился Роспо с улыбкой.

- Кажется, я просил вас прийти ко мне сразу же, как вы получите мою записку, - рыкнул канцлер.

- Есть осложнения с арестом рыцарей, милорд, они успели скрыться к тому времени, как мы получили ваш приказ арестовать их, - шеф Красной роты по-своему обыграл события.

Брови канцлера взметнулись вверх.

- Пройдемте со мной, - сухо бросил ему канцлер и, развернувшись к секретарю, приказал:

- Распорядитесь, чтобы во дворец была доставлена колдунья Кольфинна, немедленно! - и прошествовал в свой кабинет.

"Что за игры у этой чертовой принцесски?! Зачем ему срочно понадобилась старуха?!" - бесился Роспо из-за собственной неосведомленности, следуя за канцлером.

- Я хочу знать подробности, - приказал канцлер, расположившись в своем кресле.

- Я все выясню, милорд, - слегка склонил голову Роспо. - Но уже сейчас можно с уверенностью сказать, что рыцари воспользовались помощью кого-то либо внутри города, либо вне его, и, скорее всего, были даже предупреждены об аресте.

Канцлер задумчиво потер подбородок.

- Это могла быть Кольфинна? - вскинул он на Роспо испытывающий взгляд.

- Нет, милорд, у меня нет таких сведений. Кольфинна может быть связана с людьми принцессы, но помочь им она физически неспособна, а ее магия без молока троллей не действует, - решительно возразил он.

Канцлер молчал.

- Но вот что интересно, милорд. Члены малого совета сейчас ведут себя крайне странно. Каждый из них через подставных лиц распродает свою собственность, скупая золото и драгоценности. Они действуют сообща, получая различные разрешения и бумаги друг для друга в своих ведомствах. Стараясь не привлекать внимание, они оперируют небольшими суммами, но общий размер их состояний, готовых к отправке, намного превышает их доходы.

- К отправке, вы сказали?

- Именно, милорд, - многозначительно кивнул Роспо.

- Не будем медлить в данном случае. Арестуйте их и рассадите по разным камерам. Вы считаете, что побег людей принцессы может быть связан с ними?

- Я буду готов ответить вам, милорд, сразу после ареста. Лимас сломается первым и все расскажет.

- Хорошо, - согласился канцлер и после небольшой паузы спросил: - Скажите, Роспо, когда в последний раз вы были у Кольфинны?

- Я не припомню, милорд. Кольфинна давно уже совершенно бессильна, а с устранением Кейлера, она стала просто одинокой, никому не нужной старухой, - развел руками Роспо. - У вас есть какое-то поручение для меня, связанное с колдуньей? - услужливо встрепенулся он.

- Нет, Роспо. Займитесь членами малого совета. И не применяйте к ним ваших методов воздействия до того, пока я не поговорю с ними сам.

Роспо покинул кабинет канцлера в крайнем раздражении. "Сначала Кольфинна, а теперь еще и личный допрос! Он что не доверяет мне?! Вот чертова баба! Надо плотнее заняться ею", - Роспо не сомневался, что все это влияние пассии канцлера. Ему необходимо встретиться с Вортом, чтобы узнать результаты его разговора с принцессой. "Должна быть хоть какая-то зацепка!"

Роспо оторвал от размышлений непривычно острый взгляд секретаря канцлера, с которым он случайно встретился глазами. Но тот, склонив в почтительном поклоне голову, занялся бумагами на своем столе.

- Сколько ты здесь работаешь? - спросил его шеф.

- Тринадцать лет и пять месяцев, господин Роспо, - спокойно ответил секретарь, его рыбье лицо и выцветший взгляд, как обычно, были холодны и пусты.

Роспо в свое время изучил досье каждого, кто работал в замке, и секретарь, до идиотизма пунктуальный и исполнительный, не вызывал у него никаких нареканий, но теперь он был уверен, что в проскользнувшем взгляде заметил что-то существенное.

- Ну, бывай, - усмехнулся Роспо, сделав себе заметку - приставить к секретарю хорошего информатора.

Шеф полиции прошел в комнату наблюдений. Выслав дежурного, он расположился у окуляра. Он без труда обнаружил своего подчиненного в одной из комнат, предоставленных принцессе, но не с ней, а с ее фрейлиной. Этот паршивец снова обжимался со своей маленькой шлюшкой. А сама принцесса скучала в одиночестве, глядя в окно, на маленьком диванчике, утопая в подушках. Когда она отвела усталый взор от красот зимнего сада, Роспо заметил темно-красный след глубокой ссадины на ее щеке.

- Разбитый кулак и рассеченная щека?! - с удивлением протянул Роспо и усмехнулся: сложив все факты вместе, он легко представил себе картину мужской несостоятельности великого правителя Норландии. - Вот вам и обратная сторона воздержания!

Роспо не пришлось долго ждать, вскоре Ворт вошел в комнату и сообщил с порога:

- Принцесса никого не принимает, Сони не смогла ее уговорить, несмотря на все мои просьбы.

- Ничего удивительного. Ее утренняя аудиенция с канцлером обошлась ей недешево, - усмехнулся Роспо, пропуская мальчишку к окуляру, тот с интересом взглянул в него.

- Она ранена! - воскликнул он. - Как можно ударить женщину?!

- Рукой, ногой, а то и палкой, - ответил Роспо, его раздражали идиотские рыцарские претензии подчиненного. Мальчишка с презрением и гневом развернулся к нему. Шеф встал и грубо оттолкнул от себя задиру.

- Уймись, Ворт! Ты мой человек, а не какой-то импотент рыцарь! Хочешь отыметь их - бери хоть всех скопом! Но не играй со мной в благородство! Ты наушник, продажная душонка, обманываешь баб и используешь их, чтобы получить для себя выгоду! Ты служишь мне! И я не потерплю никаких идиотских капризов!

Мальчишка молчал, глядя на него исподлобья: глаза горят, ноздри раздуты, желваки ходят ходуном. Он сейчас ненавидел его, было видно, как трудно ему справиться с бешенством, охватившим его. И Роспо почувствовал прилив пьянящего чувства власти над этим красавчиком. Здесь главное не перегнуть палку, а то он сорвется, и придется его убить, так и не вкусив всей прелести обладания этим строптивым жеребцом. - Возьми себя в руки, - спокойно приказал он, - нам надо работать! Мы и так застряли на этом деле! Что нашептала тебе твоя фрейлина?

- Похоже, - после длинной паузы с неохотой проговорил Ворт, - что ее хозяйка не очень озабочена судьбой своих рыцарей. Она упоминала имя некой Кольфинны, которая могла бы им помочь. Но точно она, видимо, не знает. Возможно, у принцессы был какой-то договор с ее людьми на подобный случай, но Сони об этом ничего неизвестно. Да, самое главное! - оживился мальчишка. - Вы знаете, кто наша незнакомка?

Роспо молча ждал ответа.

- Спящая принцесса, - довольно сообщил ему мальчишка.

- Что за черт?! - скривился Роспо.

- Ну что вы не слышали никогда сказку о том, что колдунья заколдовала принцессу, и та заснула на сто лет? - удивился Ворт.

- Так наш канцлер отымел столетнюю старуху? - присвистнул Роспо.

Новый приступ негодования его подчиненного прервало внезапное появление в комнате маршала.

- Господин Роспо, - возмущенно взревел он, - вы не имеете право высылать моих людей из комнаты наблюдений!

- Как ты мне надоел, - проворчал шеф и пошел к двери. - Распоряжайся своими людьми, - махнул он возмущенному коллеге.

- Подождите, - снова обратился к нему тот, - вас ожидают в зале Малого совета.

- Хорошо, - бросил ему Роспо. - Пойдем, Ворт.

Они шли по коридорам дворца, затемненным ранними зимними сумерками.

- Сейчас отправляйся домой, отдохни, - приказал он Ворту. - Ты мне понадобишься ночью.

- Вы что же не будете отправлять людей к Кольфинне?

- Не время. Кольфинна сама скоро будет здесь.

Колдунья была ему неинтересна. Либо девица Ворта в купе со своей госпожой врут про старую ведьму, и рыцари в каком-то другом месте и связаны с другими людьми. А он был в этом почти уверен. Либо все они вообще не представляют никакой опасности, как и эта старуха колдунья. И тратить на них силы и время было бы простым расточительством средств. Но все эти восторги Ворта насчет баб навели его на мысль о еще одной женщине, которой некогда интересовался канцлер. Баронесса Хэдевик. Вполне возможно, что в оживившейся обстановке ему наконец удастся ухватить конец клубка. Этим он займется сам, когда узнает, что хочет сообщить ему эта жалкая троица Малого совета. Ему будет приятно увидеть их лица после того, как он сообщит им об аресте.

Коридор, ведущий к залу Малого совета, был ярко освещен. По чьему-то недосмотру были зажжены все светильники. Роспо заметил, что около самой двери высились два новых высоких многосвечных канделябра. Что-то было не так.

Роспо открыл массивную дверь и, ослепнув во внезапной темноте неосвещенного зала, услышал резкий голос Рэптара:

- Бей, Лимас! Последующий за этим удар сбил его с ног, и темнота сменилась яркой вспышкой света с тошнотворным привкусом крови.

 

Комната утопала в густой синеве ранних зимних сумерек. Лишь слабый отсвет потухающего огня камина противостоял наступающей темноте.

- Уже темнеет, - подумала Элиза.

Темнота - это тролли. А они так и не смогли попасть в тронный зал. Сони с Тимом исследовали все подходы, но даже очарованные девушкой стражники не могли помочь. Двери были запечатаны магией рун. Открыть их мог только Гойо. Элиза вновь почувствовала слабость и откинулась на подушки. Утренняя стычка с канцлером напугала и измучила ее. Эта игра была ей не по силам. Она не знала, что именно спасло ее от посягательств Гойо - случай или магия зеркала, которое ей передал через Тима фон Драхе. Но уничтожить канцлера зеркало не смогло. Магия рун, охраняющих Гойо, оказалась сильнее. Фон Драхе говорил, что соединение двух магических предметов - зеркала и ее гребня - должны усилить их магию во много раз. Но канцлер наотрез отказывался вернуть ей гребень.

В комнату вошла Сони и зажгла светильники. Подбросив в камин поленья, она присела к Элизе.

- Тим передал, что лаз к тронному залу уже готов, - шептала она, склоняясь к самому уху подруги. - Мы должны успеть до вечера попасть туда. Мне очень жаль, Элиза, - Сони погладила ее по руке, - я вижу, как ты слаба, но Мэни слышал прошлой ночью гул в горах. Значит, тролли уже просыпаются.

- Я иду, - вздохнув, проговорила Элиза, - уже иду.

Она поднялась и, собравшись с силами, пошла к канцлеру. Она старалась не думать ни о нем, ни о троллях, собственно, у нее на это просто не было сил, ей с трудом удавалось справляться со слабостью и головокружением, мучившими ее. Ей хотелось плакать то ли от жалости к себе, то ли от злости на всех остальных. А, может быть, ей просто хотелось выплакаться вволю. Она сама не знала, что именно с ней происходит. Эта магия измотала ее.

"Поскорее бы все это закончилось, хоть как-нибудь", - вздохнула Элиза.

Выйдя в коридор, она наткнулась на очередного гвардейца, которых было бессчетное количество в замке.

- Я хочу видеть великого канцлера, - приказала она ему. - Немедленно.

- Миледи, - склонился тот в поклоне, несколько опешив от ее напора. - Когда канцлер у себя в кабинете, тревожить его не может никто, кроме господина Роспо.

- Проводите меня к нему, - приказала Элиза и двинулась вперед, не обращая внимания на смущенный лепет гвардейца.

Когда они пришли в приемную, секретаря на месте не оказалось, и сопровождавший ее гвардеец совсем растерялся:

- Вот видите, даже секретаря нет, - развел он руками. - Оставьте меня, - приказала ему Элиза ледяным тоном и, решительно подойдя к двери, отворила ее.

Канцлер стоял около высокого стенного шкафа, украшенные резьбой массивные дверцы которого были приоткрыты. "Вот он его тайник, окутанный целой связкой рун", - подумала Элиза.

- Что ты здесь делаешь? - резко спросил он и закрыл шкаф.

- Мне надоело ждать, Гойо, - ответила она и подошла почти вплотную к нему. - Будь любезен, отдай мой гребень, - и после небольшой паузы добавила гораздо мягче: - милый.

Она скользнула рукой по его плечу и погладила изуродованную перевязанную кисть. Она вдруг ясно вспомнила отчаяние, испуг, злость, охватившие его сегодня утром, и ей вдруг стало жаль его.

"Я схожу с ума", - ужаснулась Элиза и тотчас отошла, не дождавшись ответа, она сама себе стала нестерпимо противна.

Канцлер молчал, настороженно наблюдая за ней. Элиза подошла к его креслу и опустилась на него.

- Ты делаешь глупость, мой милый Гойо, - тихо проговорила она. - Ты силой забрал у меня гребень, но насилием ты ничего не достигнешь. Ты не сможешь ни воспользоваться им, ни уничтожить. Ты ничего не сможешь с ним сделать. Если уж ты решился заняться магией, ты должен жить по ее законам. Доверься ей, и она сама укажет путь. Пойдем, - она решительно поднялась и, подойдя к нему, взяла за руку. - Пойдем со мной! Отведи меня в твой тронный зал! Я покажу тебе там то, что наверняка удивит тебя!

Канцлер продолжал смотреть на нее, но не двигался с места.

- Пойдем, - улыбнувшись, потянула она его за руку за собой.

 

Тим отдал хозяйке записку для Марка, в которой изложил схему внутренней охраны замка. Добрая женщина уже не раз выручала Тима. Сначала она обратила его внимание на слежку, а затем сумела так организовать его встречи с фон Драхе и Хофнаром в своей комнате, что соглядатай шефа ничего не заподозрил. Милая женщина нанесла тем самым сокрушительный удар по своей репутации, прослыв любовницей молоденького помощника Роспо. А сейчас она рисковала своей жизнью, согласившись стать его связной.

Роспо все еще не было, а сидеть в бездействии Тим не мог. Побывав в Красной роте, он узнал, что шеф так и не появлялся там, и, что было еще более странным, не передавал никаких распоряжений. Близился решающий момент. Скоро в городе появятся люди Хофнара. И Тим к этому времени должен успеть обезвредить хитрого помощника канцлера, чтобы обезглавить бесчисленную армию Красной роты и убрать с поля одну из самых сильных фигур противной стороны. Но как это сделать, он не знал. Устранить подозрительного и умеющего предугадывать шаги противника Роспо было делом непростым. Во всяком случае для Тима. Юноша вздохнул и поспешил в замок.

Стражники на него смотрели косо, но уже перестали чинить ему препятствия, тем более, что деньги Роспо служили весомым аргументом в пользу молодого помощника шефа.

- Что ты все снуешь туда-сюда? - проворчал стражник у ворот.

- Это государственная тайна, - многозначительно понизив голос и приподняв бровь, сообщил Тим, ему показалось неплохой идеей напугать стражников.

- Тайна… - покачал тот головой.

- Хорошо, - проговорил задумчиво Тим, - ты добрый малый. Я тебе скажу, но только ты никому не рассказывай, иначе господин Роспо меня прибьет, - он наклонился к стражнику и прошептал тому на ухо: - Тролли взбесились.

- Что ты мелешь? - вытаращил тот глаза.

- Молоко троллей выкачали все, вот они и объявили войну. Важные птицы все об этом знают. Сейчас все ценное собирают и увозят в безопасное место.

- Ну дела… - ошарашено пробормотал стражник. - А я-то думаю, что это Малый совет так суетится?! Давеча прибежали во дворец, перепуганные насмерть, и через четверть часа уже унеслись так, словно за ними черт гнался!

- Тролли почище черта будут, когда дело дойдет, - добавил масла в огонь Тим. - Они все здесь разрушат, и камня на камне не оставят.

Глаза стражника вылезли из орбит.

- Ох, ничёж себе!..

- Ладно, мне надо торопиться, - засобирался Тим. - Но смотри, чтобы никому ни-ни! Мой шеф давно ушел отсюда?

- Я не видел, как он уходил, но я сменился пару часов назад. Может, он прошел не в мою смену.

Оказавшись во дворце, Тим, намекнув и там двум гвардейцам на опасность вторжения троллей, поспешил к залу Малого совета. Стрелка больших часов, установленных в холле, приближалась к шести. Значит, у него еще будет время проверить слова стражника.

Все светильники в коридоре, по которому шел Тим, горели. Это было тем более странно, что он не встретил здесь ни одного гвардейца или слугу. Оказавшись перед дверями зала, он осторожно приоткрыл их. Там было совершенно темно. Сняв со стены один из светильников, Тим шагнул внутрь и чуть не упал, споткнувшись обо что-то мягкое. У самого порога распростерся ничком человек. Вокруг того, что раньше было головой несчастного, растекалась огромная черная лужа крови. Даже не переворачивая тела, Тим понял, что убитый ни кто иной, как шеф Красной роты Роспо. Зрелище было отталкивающим. И хотя это событие существенно облегчало задачу Тима, жестокость, с которой убили начальника, была ему отвратительна.

 

Они так и шли к тронном залу, держась за руки. Канцлер знал, что принцесса опасна, он совсем не доверял ей, но словно что-то сломалось внутри него, и он уже не мог сопротивляться. Дело было не только в его страсти к этой женщине. Возможно, на самом деле магия сыграла с ним злую шутку. Он чувствовал, как нечто мощное затягивает и увлекает его за собой, словно огромная волна утаскивает на дно самого искусного пловца, и он не в силах сопротивляться ей.

"Мне нужен Роспо! Куда он запропастился? Наплевать на его интриги с Кольфинной, тем более, что Эл… она, - он даже в мыслях избегал называть ее по имени, - могла солгать, даже наверняка солгала. Роспо не мог предать меня! Если, конечно, не поставил на кого-то другого…"

Они подошли к дверям тронного зала, а он так и не решил, стоит ли ему исполнять ее просьбу.

"Я боюсь собственной тени. Что может сделать со мной эта женщина, одна, без гребня?! Но что ей нужно именно в тронном зале?"

- Ну, пойдем, - тянула она его, - ты наконец узнаешь, какие сокровища у тебя есть.

Неужели она покажет ему сокровищницу королей? Он не зря запирал тронный зал, внутри него, безусловно, была какая-то очень сильная магия. Он это понял, когда заменил трон. Он не смог защитить его ни одной вязью рун. Его магия была там бессильна. Но, проверив каждый дюйм зала, он не обнаружил ничего, чтобы хоть отдаленно походило на тайник.

- Ну что ж, - проговорил он и начертил пальцем отпирающую связку рун.

Двери медленно отворились.

- Пойдем, - сказала она и потянула его за руку вперед.

Там было совсем темно, слабый лунный свет, проливающийся в зал через стекла витражей, становился еще более нереальным и обманчивым. Тени и предметы оживали в его магическом сиянии, превращаясь в странных и страшных мифических существ, наполняющих пустующий днем зал. Колонны, словно огромные великаны, выстроились вдоль всего прохода к трону, слегка склонив могучие плечи под тяжестью своей ноши.

Канцлеру стало не по себе.

- Надо приказать, чтобы зажгли светильники, - остановился он на пороге.

- Не нужно, - она упорно тянула его за руку вперед, - свет нам сейчас не понадобится. Не стой! - воскликнула она нетерпеливо. - Пойдем!

И он снова повиновался. Она вела его прямиком к трону.

- Здесь должно было быть два трона, - обратилась она к нему, когда они остановились у подножия. - Как это недальновидно, Гойо, - голос ее прерывался: она была взволнована, или просто запыхалась от быстрой ходьбы.

Элиза вдруг обвила руками его шею и оказалась так близко, что он чувствовал на своем лице ее сбившееся дыхание и даже в темноте видел, как горят ее глаза. Она была необычайно возбуждена. Черная полоса запекшейся крови, разрезавшая ее щеку, уродовала ее лицо, придавая ему резкое выражение.

Он не отрывал от нее взгляда и вдруг почувствовал, - словно это отразилось на ее лице, - какое-то движение в глубине зала. Он быстро обернулся и краем глаза уловил тень, метнувшуюся к одному из окон. Он рванулся из ее объятий

- Кто здесь?! - воскликнул он, но принцесса вцепилась в него, не давая ему двинуться.

- Нет, Гойо! - кричала она.

Он с силой откинул ее от себя и устремился за мелькнувшей тенью, но тут его ослепил ярчайший сноп света. Он пронесся вихрем по залу и сгинул так же внезапно, как появился. Послышался странный гулкий шорох в стороне, но грохот захлопывающейся двери отвлек канцлера. Он бросился за беглецом, но увидел лишь мелькнувшую в боковом проходе холла тень таинственного преступника.

- Догнать! Схватить! - крикнул он гвардейцам, стоявшим навытяжку у тронного зала.

Те бросились бежать.

- Кто это был?! - обернулся он к принцессе, устроившейся на его троне. - Что здесь произошло?! - в бешенстве рванулся он к ней.

- Я же обещала тебе показать, какое сокровище хранится у тебя в замке…

Ее последние слова заглушил странный гул, который, усиливаясь, превратился в ужасающий грохот, и земля под ними заходила ходуном. Тошнотворное чувство животного страха подкатило к желудку и, взорвавшись там, разлилось бурными потоками по всему телу, лишая канцлера сил и воли. Но внутри уже закипала злость.

- Это ты, дрянь?! - он подскочил к принцессе, она сидела с перекошенным от страха лицом, вцепившись в подлокотники трона.

- Это тролли, - еле слышно прошептала она.

Землетрясение и гул постепенно стихли. Гойо с трудом перевел дух.

- Что значит тролли? Отвечай! - орал он.

- Мне плохо, Гойо, отдай мне гребень, - прошептала она, сползая с трона, не в силах удерживаться на нем. Он подхватил ее на руки и поспешил вон.

"Кольфинна! Нужна Кольфинна!".

Он шел по коридорам и анфиладам комнат, где бессмысленно толпились слуги и гвардейцы. Они были напуганы, растеряны и не обращали на него никакого внимания.

- Кольфинну! - крикнул он. - Кольфинну ко мне! Живо! - орал он.

Люди поднимали на него испуганные лица и разбегались. Он не был уверен, что они его понимали и выполнят его приказ.

Фонтан из страха, ненависти, злобы и отчаяния взметнулся из сердца, затопляя его разум. Гойо поставил принцессу на ноги и, удерживая ее за плечи, чтобы она не упала, закричал:

- Ты мне все расскажешь! Сейчас же!

- Не кричи так, дай мне присесть, - тихо ответила она.

Он опустил ее на скамью, стоявшую в небольшой нише.

- Стой, - крикнув, остановил он молоденького гвардейца, со всех ног мчавшегося куда-то. - Кольфинну доставили во дворец?

Солдат, часто моргая, уставился на канцлера, наконец до него дошло сказанное, и он кивнул.

- Тролли разрушили ее замок! - выпучив глаза от страха, выпалил он. - Мы еле спаслись! Скалы за нами складывались, как кости домино!

- Кольфинна погибла?! - встряхнул его канцлер.

- Не-ет, - ошарашено уставился на него солдат, - она здесь.

- Так приведи ее сюда! Сейчас же! - заорал он.

- Слушаюсь, ваша милость, - ответил тот и отправился выполнять приказ.

У канцлера голова шла кругом: разрушенный замок Кольфинны, складывающиеся скалы, вспышки молнии и таинственные тени в тронном зале!

- Говори, что происходит, - приказал он принцессе.

Возбуждение схлынуло, и он сам устало опустился рядом с ней.

- Я тут совсем не при чем, Гойо, - она говорила с трудом, часто останавливаясь, чтобы перевести дух, словно ей не хватало воздуха. - Война троллей - дело твоих рук. Ты украл у них все молоко, и они проснулись, чтобы отомстить. И ты бессилен перед ними со всей премудростью твоих рун.

- Они не смогут убить меня, - запальчиво ответил он, нащупывая на груди под одеждой ладанку Эдельвен, делающую его неуязвимым.

Она пожала плечами, устало прикрыв глаза.

- Они разрушат все королевство, убьют всех людей. Кому ты будешь нужен один среди руин?

Перспектива была отвратительной. Даже хуже! Тролли - это было единственное, что он не учел! Где Роспо?! Надо было срочно что-то предпринять!

- Ты знаешь, что надо делать, чтобы остановить троллей! - развернул он ее к себе.

- Знаю, - бесцветно ответила она.

Она была мертвенно бледной, темные круги под глазами, казалось, разливались по всему лицу, придавая сероватый оттенок даже обескровленным губам. Тем ярче и уродливей темнел на щеке след от его перстня.

- Отдай мне мой гребень, и я скажу тебе, - заявила она, глядя на него в упор.

- Никогда, - прошипел он ей в лицо. - Я никогда не отдам тебе его! Проклятая ведьма! Лучше я потеряю все, но по-твоему не будет: ты тоже погибнешь!

- Я так устала, что мне все равно… - тихо прошептала она.

- Что произошло в тронном зале?! - встряхнул он ее.

Но быстро нарастающий шум оглушил его, и земля снова заходила под ногами. Раскачивались светильники, расплескивая масло, двигалась тяжелая мебель, скрипели деревянные балки потолка, по кладке стен стремительно разбегались трещины, рассыпая фонтаны штукатурки. В теле Гойо ощущал такую же дьявольскую пляску: все внутренности плясали, меняясь друг с другом местами, и это месиво затоплял страх, поднимаясь все выше, он добирался до сознания, и, казалось, что как только это произойдет, голова взорвется от ужаса.

"Я не могу погибнуть сейчас", - пытался он мыслить рационально, ухватившись за ладанку, но страх оказывался сильнее рассудка.

Элиза, до боли сжавшая его руку, вдруг ослабила хватку и начала заваливаться на бок без чувств. В этот момент гул стих, и тряска прекратилась.

- Проклятье, - выругался он, поднял принцессу на руки и понес в спальню.

Его одинокие шаги гулким эхом отзывались по всем залам. Замок был пуст. И только дойдя до своей спальни, он увидел высокую тонкую фигуру колдуньи.

- Давно не виделись, Гойо, - проскрипела она.

Не ответив, он толкнул плечом дверь, внес принцессу в комнату и положил на кровать.

- Вылечи ее, - приказал он колдунье, оставшейся в дверях.

- Ты все командуешь, - усмехнулась Кольфинна и вошла в спальню.

Она подошла к Элизе и погладила ее по лицу.

- Когда она придет в себя, я займусь ею, - повернулась колдунья к нему. - У тебя здесь мило.

- Заткнись, - грубо оборвал он треп старухи. - Как остановить троллей?

- Чтобы остановить троллей, надобно быть настоящим хранителем великого Януса. Самозванцев тролли не слушают, а воевать с ними бесполезно, их не одолеешь мечами с ворованными рунами. А людишки-то твои разбежались все… - проговорила она.

Почва ушла у него из-под ног, но причиной тому было не землетрясение.

"Неужели я проиграл?! Как это могло произойти?! Еще час назад был могучим правителем, а теперь остался один в пустующем замке! - мысли лихорадочно сменяли одна другую. - Надо срочно что-то предпринять! Должен быть выход! - он растерянно оглянулся вокруг, словно мог найти его здесь, в своей спальне. - Да! Выход есть! Элиза!"

- Займись ею, я сейчас принесу молоко троллей, - приказал он колдунье и вышел.

Он почти бегом кинулся в свой кабинет, открыл шкаф и замер.



(Продолжение)

январь, 2010 г.

Copyright © 2010 Юлия Гусарова

Другие публикации Юлии Гусаровой

Обсудить на форуме

Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено

В начало страницы

Запрещена полная или частичная перепечатка материалов клуба www.apropospage.ru без письменного согласия автора проекта. Допускается создание ссылки на материалы сайта в виде гипертекста

Copyright © 2004  apropospage.ru


        Rambler's Top100          Яндекс цитирования